В перерывах, а затем и после премьеры, мы успели расспросить режиссера Евгению Львову о детской театральной мастерской.
– Евгения, как появилась идея спектакля «Вот это вещь!»?– Мы искали материал, который подходил бы для ребят разного возраста. Ведь в мастерской занимаются дети от восьми до шестнадцати лет – огромная разница, совершенно не похожие друг на друга люди. И однажды Елена Федяхина, наш петербургский заведующий литературной частью, предложила «Сказки на всякий случай» Евгения Клюева. Это было попадание. Простые, нежные и глубокие истории. Смыслы понятны и самым младшим из ребят и в то же время могут быть интересны старшим – глубины достаточно. Более того, мы понимали, что должны создать детский спектакль для взрослых, ведь половину зала на премьере заполнят родители наших артистов. Нам не хотелось, чтобы они пришли, как на детский утренник: «Ой, какие хорошие ребята! В любом случае это хорошо». Большая сцена театра – не для этого. Нужно было выбрать такой материал, который позволит средствами детской театральной мастерской создать вполне серьезную работу. И «Сказки на всякий случай» в этом смысле идеальны.
Кроме того, у Клюева оживают вещи – а это ведь часть методики преподавания актерского мастерства. Играть предмет – это, с одной стороны, проще, чем играть человека, с другой стороны – сложнее, потому что требует более широкого диапазона фантазии. «Каким будет мое тело, если я чайный пакетик? Каким будет у меня голос, если я воздушный поцелуй?» Это значит, что мы исследуем тот наш механизм, с помощью которого актер работает: тело в связи с психикой.
– В чем именно разница между восьмилетними и шестнадцатилетними?
– В шестнадцать лет – это уже взрослые люди. А в восемь лет самая главная работа идет над организацией внимания человека. Вообще, один из самых главных навыков артиста – это многонаправленное внимание, когда успеваешь смотреть и на одного, и на другого партнера, помнить текст, наполняться эмоцией, попадать в свет, помнить, в какой момент переходить на другую мизансцену и т. д. Конечно, для восьмилетних, двенадцатилетних это бывает очень трудно. И от ребят, и от преподавателей требуется большой труд.
– Как справляетесь?
– Когда на большой сцене ребята репетируют все вместе – все три группы, младшие начинают ориентироваться на старших, и четырнадцатилетний товарищ для них подчас больший авторитет, чем даже преподаватель.
– Какие до этого были постановки в мастерской?
– У нас были открытые уроки, был капустник. Мог приходить любой желающий, но все-таки это были скорее внутренние работы. Кроме того, двое студийцев из старшей группы, Анжелика Иномова, и Леша Довбаш, приняли участие в читке переводной немецкоязычной пьесы. То есть «Вот это вещь!» – наша первая большая премьера.
– Какие были яркие события на репетициях?
– Об этом спрашивайте детей, потому что они запоминают забавные моменты, смешные высказывания, у них это сохраняется лучше, чем у нас, а мы, преподаватели, держим перспективу, для нас важно все кусочки сверстать в один продукт, что не так просто.
– Чем вы занимались до «Гвоздей»?
– Полтора года назад приехала из Петербурга, поступила в театр. Как актриса – занята в спектакле «Роберто Зукко», как режиссер – поставила спектакль «Кентервильское привидение». Изначально, до переезда в Псков, мы с Денисом Золотаревым мечтали создать преподавательский проект в этом городе. Позже оказалось, что наши идеи совпали с идеями руководства. Дмитрий Дмитриевич Месхиев вскоре после вступления в должность руководителя театрально-концертной дирекции пригласил меня и сказал: «Важно, чтобы при театре работала детская студия. Давайте работать». И работа началась.
Алексей Гиреев
