Одни называют ее баловством, другие – достойным движением к сохранению природы, а третьи – и вовсе вредительством. Попытались и мы коснуться этой деликатной темы.Выживет ли отпущенная щука?
20 марта мы с товарищами отправились на реку Желчу, что в Гдовском районе. Ранней весной сразу после ледохода в реку заходит великое множество прекрасной чудской плотвы. Но, видимо, наш выезд оказался преждевременным: пока холодно, вода не прогрелась, и рыба еще в озере, ждет своего часа. Температура воды в устье реки оказалась всего плюс 3 градуса, а для нереста необходимо как минимум на 5 градусов больше. В общем, плотвы в реке не было. Но оказалась щука – хорошо, что спиннинги с собой захватили. Редко, но цеплялись и хорошие экземпляры весом по 2-3 кг.Один из наших рыболовов, Дмитрий, удивил, заявив еще перед рыбалкой, что если он поймает щуку более 2 кг весом, то обязательно такую отпустит. Я в свою очередь попросил его пригласить меня с фотоаппаратом на такое мероприятие, благо плавали мы на лодках неподалеку друг от друга. Я уже и позабыл об утреннем уговоре, когда ближе к полудню товарищ негромко меня позвал. Я обернулся и увидел великолепный экземпляр зубастой в его подсачеке. Подплыл. Дмитрий аккуратно вынимал крючки воблера из пасти щуки. Взвесили – 2 кг 800 г. Сфотографировал на память о встрече. Несмотря на максимально нежное обхождение, у щуки из-под ее жаберной крышки текла кровь – какое-то повреждение для своего здоровья она все же получила. «Заглотила приманку она неглубоко, лишь два крючочка в край верхней губы впились, жабры не повреждены, – удивился товарищ наличию крови. – Отпускаем?» Отпустили. Щука уплыла не сразу, сначала медленно шевелила плавниками, затем начали двигаться жаберные крышки, потом слегка зашевелился хвост, и она медленно направилась в толщу воды, в оцепенении она пробыла примерно 30-40 секунд.
Дмитрий: «Если я поймаю щуку более 2 кг, то я ее отпущу!» Он поймал… Отпустил…
Через какое-то время и я выудил щуку, еще большую, чем была у товарища: 3 кг 300 г, это мой личный рекорд. И хотя отпускать ее у меня намерений изначально не было, но небольшое смущение мною все же овладело. Нет, правил рыболовства мы не нарушали (лов щуки будет запрещен с 01.04 по 10.05), но какое-то чувство вины от того, что я поймал щуку, плывущую на нерест, и не дал ей произвести потомство, все же, наверное, присутствовало.
В машине по дороге домой разгорелся спор: кто правильно поступил, а кто нет? Собственно, спор был даже не столько об этом, а выживет ли отпущенная щука, даст ли она потомство после травмы и перенесенного стресса. Долго спорили, но каждый так и остался при своем мнении. А тут буквально три дня назад я наткнулся на очень интересное исследование, проведенное чуть более 10 лет назад.
Опыты канадских рыболовов
В последнее время с распространением идеологии «поймал-отпустил» все больше щук после поимки обретают свободу. При этом, согласно как раз той самой «теории о растворении крючка», поводок просто обрезается. В связи с введением на озере Онтарио ограничений на вылов крупных щук именно такие экземпляры и оказались подвержены этой малоприятной процедуре. Ведь законопослушные канадцы, поймав маскинонга (американская щука. – Прим. авт.) больше разрешенного размера, конечно, его отпускают, обрезав поводок и оставив крючок в желудке у рыбы.Исследования были начаты в 1998 году одной канадской рыболовной общественной организацией, базирующейся на озере Чиппева Фловейдж. Эти работы заслуживают интереса, как по их результатам, так и по тому, каким образом эти результаты были получены.
В первый год было отловлено 47 щук. 9 из них были пойманы на живца и глубоко заглотили крючок. Остальных поймали на спиннинговые приманки. На «живцовых» щук повесили специальные радиометки, позволяющие следить за их перемещениями в течение длительного времени (до 3-х месяцев). 4 из 9 помеченных щук скончались в первые же сутки. Всех их отыскали, провели вскрытие и установили, что смерть наступила из-за ранений стенок желудка, нанесенных проглоченным крючком. Остальные 5 меченых щук благополучно уплыли и оставались живыми до тех пор, пока не разрядились батарейки радиометок. Все щуки, пойманные на спиннинговые приманки и затем выпущенные, показали 100-процентный уровень выживания. Только одна из них, пойманная на джеркбейт (вид спиннинговой приманки), погибла. Но при вскрытии оказалось, что в желудке у нее находится старый крючок и обрывок поводка – след от поимки на живцовую снасть.
В 1999 году рыболовный гид из Висконсина Джон Деттлофф решил довести дело до конца и убедиться окончательно, гибнут щуки из-за живцовых крючков или нет. С этой целью он вложил в продолжение исследований 5 тысяч долларов. Осенью Джон и его команда отловили на живцовую снасть 14 щук. На этот раз радиометки, которыми пометили этих рыб, имели батарейки, рассчитанные на 600 суток непрерывной работы. 3 из 14 щук вскоре погибли. За передвижениями остальных команда Деттлоффа продолжала следить. К концу мая половина из меченых маскинонгов погибла, 4 или 5 продолжали плавать по озеру, но к июлю и они все были мертвы. Используя для поиска погибших рыб работающие на их телах радиометки, Джону и его коллегам удалось выяснить судьбу этих щук. Несколько трупов обнаружили на дне, двух других выбросило на берег – и их утащили медведи.
Затем еще двух помеченных щук поймали спиннингисты. Одну, длиной 86 см, поймавший ее рыбак, обнаружив метку, сразу же отпустил. «Она выглядела нормально, – сказал он, – может, была чуть истощенной». Через полтора месяца мигающий значок ее метки на дисплее аппаратуры Деттлоффа остановился и больше уже не двигался – и эта дважды выпущенная щука скончалась. Вторая щука, длиной 106 см, была поймана другим спиннингистом 4 июля 2000 года. Ее удалось живой доставить в лабораторию. В 1999 году, когда ее пометили радиометкой, она весила 9,5 кг. Теперь, спустя 8 месяцев, она была истощена до крайности – «худая, как рельса», по словам Деттлоффа. Выпущенная на свободу, она скончалась через две недели.
Использован материал с сайта www.uralfishing.ru
