Сейчас некоторые задаются вопросом: нужно ли Всероссийскому Пушкинскому празднику поэзии выступление оркестра под управлением Владимира Спивакова? Ведь это же не фестиваль «Crescendo». При желании можно поставить вопрос еще резче: нужна ли празднику поэзии поэзия?
На мой взгляд, как раз присутствие Спивакова и Национального филармонического оркестра и придавало 45-му Пушкинскому празднику всероссийский статус. Национальный оркестр, мировой уровень. Осталось только «подтянуть» сюда современную поэзию соответствующего уровня. Пока же очевиден перекос.
В жанре фэнтези
Когда Национальный филармонический оркестр на сцене Псковского академического театра драмы им. А.С. Пушкина заиграл увертюру-фантазию Чайковского «Ромео и Джульетта», пробудилась еще одна фантазия: вот бы всех этих музыкантов пригласить на поляну в Михайловское. Там, в отличие от маленькой сцены театра, они бы уместились все. Выступает же оркестр Спивакова на открытом воздухе в Париже или Москве. Он даже на железнодорожном вокзале иногда выступает. А если не этот оркестр (не каждый год можно согласовать графики выступлений), то какой-нибудь другой, но высокого уровня. Чтобы стихи и музыка соединились для тысяч, а то и для десятков тысяч людей. В конце концов основную организационную работу проделали до нас. Не надо ничего придумывать. Все уже придумали Пушкин, Чайковский и те, кто когда-то сделали праздник значительным культурным событием: Гейченко, Андроников. В Пушкинские Горы для выступлений в те годы приезжал Козловский, а не Варвара.
Когда знаменитых участников праздника увидят и услышат тысячи людей, только тогда и будет достигнута те цельность, единение, о которых так любят говорить и которые все время находятся где-то за горизонтом.
В поисках закономерности
Псковичи, в очередной раз не попавшие на концерт Спивакова, могут утешиться тем, что однажды на его концерт не попала Фаина Раневская. Должна была прийти – послушать музыку Баха, но заболела. Спиваков ей позвонил и поинтересовался здоровьем. «У меня есть самый лучший доктор на свете», – ответила актриса. – «И кто же?» – «Александр Сергеевич Пушкин». В таком случае медицинским рецептом Раневской может воспользоваться любой грамотный человек.
По словам Спивакова, «Пушкин – наш всеобщий доктор». Но не только. После концерта дирижер обратил внимание на слова из знаменитой пушкинской речи Достоевского, на которых обычно внимание не акцентируют: «Он делает нас умнее». То есть получается, что Пушкин выступает не только в роли доктора, но и учителя. Как известно, положение врачей и учителей в России сейчас не самое лучшее. Так что все закономерно.
Сравнительный анализ
В первом отделении особая роль была отведена скрипачу Сергею Догадину, исполнившему «Концерт для скрипки с оркестром ре мажор, соч. 35» Чайковского. Сто пятьдесят лет назад один из критиков назвал этот концерт «Stinkende Musik», то есть «зловонной музыкой» – такой ему она показалось натуралистичной. Странное дело, потому что этот «Концерт» Чайковского – оптимистичный, жизнеутверждающий, светлый, энергичный. Композитор специально его сочинил, чтобы вывести себя из депрессии.
После концерта я спросил у Владимира Спивакова:
– Сегодня было не совсем обычное выступление. С оркестром выступал Сергей Догадин. Можно сравнить Сергея Догадина и вас в его возрасте?
– Сейчас выйдет запись, – ответил Спиваков, – где я как раз играю примерно в его возрасте. Она случайно появилась. Один американец приехал в Москву и заплатил звукорежиссеру в 1975 году несколько сот долларов за то, чтобы тот втихаря сделал запись «Концерта» Чайковского с моей генеральной репетиции. Я его играл и не очень волновался. Генеральная репетиция – не концерт. И он увез эту запись в Америку. А сейчас он отдал ее в Москву в Фонд Чайковского. Когда я это услышал, то не поверил своим ушам. Так что когда запись выйдет, то вы сравните. Ладно?
Танцевальный вечер
А после перерыва, так сказать, начались танцы. Первоначально предполагалось, что это будут «Симфонические танцы» Рахманинова, но скромные размеры сцены не позволили разместиться всем оркестрантам. Поэтому Национальный филармонический оркестр исполнил музыку, которую знают все: балетные сюиты из «Лебединого озера» и «Щелкунчика» и вальс из балета Чайковского «Спящая красавица». И уже в самом конце, по просьбе зрителей, прозвучала музыка Хачатуряна. Владимир Спиваков выбрал «Лезгинку» из балета «Гаянэ».
Позднее у Спивакова поинтересуются: какие у него требования к музыкантам при исполнении Хачатуряна? Сам-то композитор, когда репетировал с оркестром, просил: «Играйте громче, еще громче!» Владимир Спиваков ответил: «У меня тоже есть одна просьба: не играть громко. Играть потише. Это европейский класс. Сильный человек никогда не показывает своей силы». И Спиваков дал понять, что не любит чрезмерного форсирования и давления. «Должен быть какой-то воздух во всем, – пояснил он. – В человеческих отношениях, в звуке, в жизни…»
Еще один мой вопрос касался необычных выступлений с оркестром.
– Владимир Теодорович, недавно с оркестром вы выступали на Киевском вокзале. Правда, как сообщали газеты, прежде из зала удалили бомжей, цыган, женщин и детей, а их место заняли банкиры и артисты. А вы бы согласились сыграть для бомжей, цыган и простых пассажиров?
– А я играл. И не раз. Когда мы приехали в Омск и решили шикануть. Машину подогнали прямо на перрон. Я вышел, и вдруг вылезают два бомжа. «Владимир Спиваков! – говорят они. – Вы же наш любимый артист! Мы обожаем слушать по радио «Виртуозов Москвы». Дайте автограф, нам больше ничего не надо». Так что бомжи в курсе дела».
Несмотря на то, что многие «в курсе дела», хочется думать, что когда в следующий раз оркестр под управлением Спивакова приедет в Псковскую область, то он будет более доступен для слушателей.
Владимир Спиваков: «Сейчас вокруг апокалипсическое напряжение. Если мы выйдем из зала, то почувствуем это. Моя миссия – нести людям свет, какую-то радость, потому что жизнь непростая, я бы даже сказал – очень тяжелая».
Справка
– Сергей Догадин родился в 1988 году. Лауреат девяти международных конкурсов, в том числе: Международного конкурса им. А. Глазунова – Ι премия (Франция, 2000), Международного конкурса им. А. Постаччини – Гран-при, Ι премия и специальная премия жюри (Италия, 2002) и Международного конкурса им. Н. Паганини – Ι премия (Москва, 2005).
