Информация для тех, кто еще не знает: чиновник Двуочёчников скончался. Если у вас есть три свободные секунды, просьба почтить его память вставанием. А если у вас найдется лишних минут пятнадцать, то лучше прочтите поэму Александра Питиримова «Чиновник Двуочёчников скончался».
Погружение в эпоху
Двуочёчников – персона вымышленная. Новоявленная легенда гласит, будто этот чиновник взяток не брал, что лишний раз подтверждает: в природе его не существовало. Точнее, не существовало, пока за дело не взялся Питиримов. Он Двуочёчникова породил, он же его и умертвил.
Москвич Александр Питиримов (в Пскове он живет третий год) – большой специалист по погружениям. В прошлом году мы вместе с ним выступали в петербургском кафе «Бродячая собака». Там он прочитал свою поэму «Наводнение на Неглинке». А теперь перенесся в столичный Петербург и погрузился в XIX век, наводнив его людьми вроде смотрителя Валерьяна Сомова или фельдъегеря Фаддея Плескова. На петербургских улицах и площадях позапрошлого столетия Питиримов чувствует себя очень уверенно и ведет читателя за собой.
Десятиклассник
С коррупцией сейчас в России бороться модно. Например, выпустили фотокалендарь «Секс против коррупции / Любовь против зла». А вот главный редактор литературно-поэтического журнала «Поэзия.ру» Александр Питиримов ни с чем вроде бы не борется. У него более масштабная задача: подбирать единственно верные слова. Поэзия выше прозаических усилий изжить взятки. Тем более что коррупцию за несколько столетий в России извести не смогли, а с поэзией пока дело обстоит неплохо. По крайней мере, ее точно еще не извели. Если придумать какой-нибудь слоган к тому, чем занимается Питиримов, то получится: «Поэзия против безвкусицы / Любовь против зла».
Возможно, вам знаком этот человек: «…Лик сонливца / Любовно писан с осетра: /
Физиогномика героя – / Со лба узка, в носу востра – / Была… коллежского покроя». Это и есть коллежский осетр, в смысле – даже не коллежский асессор, а секретарь Павел Львович Двуочёчников. Гражданский чин X класса.
Плавучий мост
Повествование ведется от имени всезнающего газетчика – человека язвительного. «Вот Павел Львович – светский лев / И скромный малый (и с приветом)». Автор бывает самокритичен: «Газетчик в наше время – раб / Скупой риторики печатной. / Чуть цензор: «Цап!» – на двор попятный, / И нате: новый дифирамб…»
Но в словах самого Александра Питиримова скупой риторики вы не сыщете. Поэма переполнена филологическими впечатлениями. Мелькают тени Пушкина, Гоголя, Салтыкова-Щедрина, Набокова. Питиримов не поскупился. Регулярно проносясь на машине из Петербурга в Псков и обратно, он впустил в свою новую поэму приметы Порховского тракта, по которому когда-то в Михайловское ездил Пушкин. Оттолкнувшись от эпиграфа из чеховского рассказа «Смерть чиновника», Питиримов скорее не изобличает, а воспевает. Воспевает русское слово, способное незаметно переводить минусы в плюсы. Автор соединяет два отдаленных друг от друга века – наводит наплавной мост.
Государственный язык
В оправдание безвременно ушедшему Павлу Львовичу Двуочёчникову следует сказать, что взятки он игнорировал не из-за честности, а из-за скромности. В поэме сказано недвусмысленно: «Он брать хотел, но видит Бог, / Не мог! Не знал, как подступиться. / Пред ним сменявшиеся лица / Мы в том не смеем упрекнуть: / Купцы, дельцы и толстосумы / И рады были бы впихнуть, / Но не просил приличной суммы!» От скромности и умер, чтобы возродиться в поэме.
Но было бы неправильно свести поэму к изысканной шутке. Более того, сатирическое блюдо – это всего лишь легкая закуска к превосходно приготовленной осетрине. Главный герой поэмы – даже не Павел Львович, а русский язык, полный музыки и пропитанный дымом Отечества. Питиримов погружается в Золотой век, в котором каким-то причудливым образом сочетались мздоимство и благородство, а государственный язык без конца чесался. «Чесали денно языки: / «Всяк государственный чиновник, / Как липку, знамо наперёд, / Отца родного оберёт / И ни на грош не похлопочет. / А дельце в три дни проволочит / Три месяца…»
Поле брани
Двуочёчников был человек не без воображения. Оборотной стороной скромности являлись его наполеоновские амбиции. «Как Бонапарт на поле брани, / Сидел – с ногой на барабане – / Мой Двуочёчников. К нему / Чины не ниже генерала / С докладом шли. В густом дыму / Звучал булат, картечь визжала…» Плох тот гражданский чин X класса, который не желает быть чином IX класса.
Поэма не вышла бы такой живой, если бы не Санкт-Петербург. Александр Питиримов, прежде игравший московскими названиями, переключился на петербургские. Так и видишь, как по каналам плывут государевы галеры, а по проспекту вышагивают государевы люди. Столица. «Блуждала тень секретаря / Ложась на ветр осоловелый, / По набережной овдовелой. / Горбыль ржаного сухаря – / Мост наплавной в Неве дебелой, / Скупой образчик новизны – / Не наводился до весны».
А вдоль набережной движется «в двояковыпуклых очках» наш герой. Если одолжить у него на время эти очки и надеть их, то обнаружится эффект, подобный 3D. Все очень выпукло. Остается только протянуть руку, и, казалось бы, вот он, Золотой век.
Чиновник Двуочёчников, как уже было сказано, скончался. Но кто его знает, этого чиновника? Что и где может вынырнуть в будущем? Допустим, вы прогуливаетесь в Пскове по Троицкому мосту – всего лишь смотрите на то, как вода затопила Золотую набережную. И вдруг из мутной Псковы на секунду покажется нечто знакомое – «со лба узка, в носу востра». Осетр? В Пскове? Протрите очки, а вдруг это действительно он?
ДОСЬЕ
Александр Питиримов, главный редактор литературно-поэтического журнала «Поэзия.ру» (www.poezia.ru), издатель литературно-художественного альманаха «Тредиаковский» (www.trediakovsky.ru). Готовит к изданию книжку с поэмами «Чиновник Двуочёчников скончался» и «Аничков мост».
Поэзия выше прозаических усилий изжить взятки.
Если придумать какой-нибудь слоган к тому, чем занимается Питиримов, то получится: «Поэзия против безвкусицы / Любовь против зла».
Рисунки Петра Боклевского (1816-1897) – иллюстрации к произведениям Гоголя (Акакий Акакиевич Башмачкин, Аммос Фёдорович Ляпкин-Тяпкин, Иван Антонович Кувшинное рыло, «Губернский Олимп»).
