- О, я вижу знакомые лица, — раскрыла инкогнито выстроившегося под сценой десятка человек певица.
Мне-то как раз лицо Татьяны знакомым не показалось. На фото в Интернете она — томная восточная красавица с черными волосами и прочими шифоново-пряными атрибутами. А перед псковичами появилась рязанская красавица с лукавыми лисьими глазами, «прическа растрепущая». Никаких эстрадных платьев и каблуков — джинсы, футболка и гитара. Вроде бы не такая агрессивно резкая, вся из углов и выпадов, как Земфира. Но эта рязанская мягкость, как и фото-восточный шарм, лишь иллюзия. Тем интереснее ожидание настоящего, как будто подарок освобождаешь от сотни слоев упаковочной бумаги.
Песни — очень мелодичные, настолько емкие, что не требуют никакой внешней подпитки. Захотелось слушать слова: «Мы оба любим Кэмерон Диас, мы оба верим, что просто кризис», «Водопадами в этот миг хлынет счастье на дома», «Видеть во сне на плече у подруги, как в прошлой весне я ловлю твои руки», «Кончается год, и что-то чует она, но у тебя проверенное алиби «Псков». И такое незаметное, очаровательное движение плечом, и грация фламандского танца.
Музыканты создавали видимость, что зал полон; смешная перкуссионистка, нелепая отличница из американского кино для подростков, была вся в себе; Татьяна коротко призывала: «Подходите поближе, хочется визуального контакта». Москвичи двигались еще ближе.
- Года через два псковичи очень пожалеют, что не пришли на концерт этой девочки, — кивали после концерта представители «Супера». Думаю, начинать жалеть можно уже сейчас. Редкий случай, когда почти бесплатно можно было действительно приобщиться к настоящему.
