Время от времени, чтобы оценить состояние региональной элиты, местные политические обозреватели начинают вспоминать, каких политических вершин достигли псковские политики в государственных масштабах. Таких людей, прямо скажем, можно пересчитать по пальцам одной руки. А если задуматься, то и одной руки будет многовато.
Больше Псковской области везло (и тут некоторые найдут повод закидать меня камнями) с федеральными политиками, оказавшимися нашему региону не чужими.
Одним из таких политиков является Михаил Маргелов.
Это тот случай, когда для продвижения интересов Псковской области совершенно неважен уровень известности и популярности политика внутри региона, а гораздо важнее его политическая капитализация на федеральном уровне и даже на международной арене. Потому что одновременно с ним растет узнаваемость, привязка его успешной работы к нашему региону.
Понятно, что основная деятельность псковского сенатора, председателя Комитета по международным делам Совета Федерации, спецпредставителя Президента России в Африке Михаила Маргелова лежит за пределами Псковской области и связана с международной политикой. Но здесь интересы нашего приграничного региона совпадают с общероссийскими. Но мы живем в едином государстве, и защита, продвижение его интересов на мировой арене сказывается и на его частях, регионах, на Псковской области. Иногда раньше, иногда позже.
«Нас там ждут»
Коснусь лишь небольшой части работы Маргелова.
Ровно год назад, 21 марта, президент Дмитрий Медведев назначил псковского сенатора своим специальным представителем по сотрудничеству со странами Африки.
На минуточку, Африканский континент – второй по величине после Евразии, на его территории более 60 государств. Многие из которых представляют для российской политики и экономики большой интерес. И речь тут идет далеко не только о Египте, всероссийской здравнице. Даже псковские предприятия, например «Псковэлектросвар», рассматривают Африку как грандиозный рынок сбыта своей продукции и применения своих технологий.
Очевидно, что Маргелов несет на себе большую ответственность за то, насколько успешно будут выстраиваться российско-африканские отношения. Сейчас они весьма непросты. Более того, очень многие эксперты прямо говорят, что африканский рынок мы уже проиграли более агрессивным американцам и китайцам. Российская активность в этом направлении, пожалуй, может переломить ситуацию, и часть этих усилий предпринимается при непосредственном участии Маргелова.
Контактер
В декабре в Эфиопии прошел первый в истории современной России российско-африканский деловой форум, за которым мне удалось наблюдать непосредственно на месте событий. Не буду оценивать его с точки зрения политической или экономической эффективности. Отмечу только несколько моментов, которые обратили на себя мое внимание.
В политике, да и в бизнесе, процессы и действия на 80% состоят из переговоров, из встреч, согласования и выверения позиций. Форум в Аддис-Абебе стал в этом отношении весьма знаковым мероприятием. Российский и африканский бизнес никогда не собирался в столь представительном составе в одном месте. Зачастую именно из таких встреч рождаются будущие многомиллионные контракты. Чего стоило организаторам собрать всех вместе, знают только они. Но конкретная точка приложения усилий была найдена.
Михаил Маргелов, который, как хороший политик, весьма дипломатично может формулировать позицию, на российско-африканском форуме оказался максимально конкретен и прямолинеен.
«Российские компании встречает сильная конкуренция с компаниями США, Евросоюза, Китая, Индии, а также корпорациями с Аравийского полуострова… В идейно-политическом смысле мы, в отличие от времен «холодной войны», нейтральны».
«Нам не вернуться в Африку без помощи государства» и «здесь примером может служить Китай, который осуществляет успешное экономическое вторжение на континент… Есть мнение, что развитие российско-африканских торгово-экономических отношений тормозится отсутствием у нас единого координирующего эти отношения государственного органа».
Маргелов, Псков, Пушкин
Конечно, все это высокая политика.
Более ценным и с точки зрения впечатлений, и для понимания, какой толк для Псковской области имеет деятельность нашего сенатора в Африке, для меня стал разговор с моим африканским коллегой-фотокорреспондентом.
- Откуда вы? – спросил он.
- Из России.
- Из Москвы?
- Нет, из Пскова, - ответил я, понимая, что Псков в Африке известен так же, как какая-нибудь эфиопская Гамбела. Но, к своему изумлению, я ошибся.
- Да, Псков! Маргелов, - заулыбался мой собеседник, - Пушкин, церковь.
Мои расспросы о столь удивительном для африканца знании привели к следующему. Как ответственный журналист, он читал в Интернете биографии нескольких представителей российской делегации форума. В биографии Маргелова нашел ссылку на Псков, кликнул, и вот: Псков, Пушкин, церковь. Вот такое вот лоббирование сенатор устроил Пскову.
«Что с того, что африканский парень теперь знает о существовании Пскова? - спросите вы. - Толк от этого какой?» В этом есть доля истины. Но она есть и в утверждении о том, что такие «капли в море» камень точат. Даже нецеленаправленная, случайная связка между именем политика и городом может привести к совершенно определенным последствиям.
Например, один из российско-африканских форумов вполне мог бы пройти в Пскове.
В общем, псковские щупальца все больше охватывают земной шар. Не без помощи сенатора Маргелова.
ЦИТАТА
Михаил Маргелов:
- Мы всякий раз, приезжая в любую африканскую столицу, встречаясь с президентами, с премьерами в Африке, слышим от них, что им нужна Россия, они вновь хотят видеть Россию на африканском континенте, им нужен баланс, они устали от доминирования тех или иных.
Автор: Александр Машкарин