Готовился прорыв блокады Ленинграда. Командование планировало сковать немецкие дивизии группы армий «Север» на других участках фронта, оттянуть их резервы с направления главного удара советских войск. Обеспечить этот отвлекающий маневр должна была Насво-Маевская операция. Ее проведение назначили на середину января 1944 года. В операции участвовали 43-я гвардейская латышская дивизия, 33-я стрелковая дивизия, 8-я (Панфиловская) гвардейская дивизия, 54-я отдельная стрелковая бригада, 23-я отдельная стрелковая бригада.
Одним из эпицентров боев по прорыву немецкой обороны стала новосокольническая деревня Монаково. Этот населенный пункт внезапной атакой захватил сводный лыжный батальон под командованием подполковника Яна Райнберга. Но в трехстах метрах западнее деревни у немцев были оборудованы хорошо укрепленные позиции. Их батальон тоже должен был захватить, и в случае успеха развивать наступление в глубь немецкой обороны. И тогда вслед за ним в прорыв устремились бы другие части.
Вспоминает Валентина Егоровна Зенченкова, уроженка деревни Монаково:
- Мне было 13 лет, и я хорошо помню утро, когда освободили нашу деревню. Немцы не ожидали атаки и потому не оказали серьезного сопротивления. Они выскакивали на мороз раздетые и спасались, кто как мог. Потом начался бой. Он продолжался три дня. Все это время мы, я и еще десятка полтора сельских жителей, укрывались в окопе. Рядом с окопом стояла походная кухня немцев. Там мы нашли картошку: ее повар почистил, а сварить не успел. Я видела на окраине Монаково «катюшу», с жутким воем ее снаряды уносились в сторону немецких позиций. На моих глазах немецкий снаряд ударил в блиндаж, и восемь наших бойцов, включая командира, были убиты на месте. Вскоре нас отправили в тыл. Домой мы вернулись только в апреле. Снег растаял, и открылись поля, сплошь покрытые телами советских солдат. Хоронили их несколько дней. Убитых стаскивали в окопы, воронки, а потом присыпали землей. Здесь вся округа - сплошное братское кладбище...
О последнем бое лыжного батальона нам пока известно очень мало, почти все его бойцы считались без вести пропавшими. Возможно, поначалу батальону сопутствовал успех. Позиции немцев оказались под угрозой прорыва. Тогда они подтянули резервы и стали окружать батальон. По военным сводкам, его бойцы отразили 11 контратак, подбили 9 танков. Комбат Ян Райнберг погиб. Но батальон держался до тех пор, пока немцы не бросили в бой несколько танков «тигр». И тогда, оказавшись в безнадежной ситуации, старший сержант Василий Скареднев сообщил по рации на гаубичную батарею, что стояла в трех километрах от места боя: «Быстрее огонь! Нас окружают немцы!»
Последние слова Василия Скареднева, вызвавшего огонь на себя, стали известны поисковикам недавно, из письма его однополчанина, которое тот написал после боя матери погибшего солдата. На сына она похоронку не получала.
Из того боя, по некоторым сведениям, из 700 человек живыми вышли всего 50 бойцов. Пятерым, включая подполковника Яна Райнберга, было присвоено звание Героя Советского Союза.
У отряда «Поиск» долго не было прямых свидетельств гибели батальона на безымянной высоте под деревней Монаково. 15 лет назад, как рассказывает командир отряда Алексей Козырев, на этом месте поисковики обнаружили останки 66 человек. Но ни документов, ни смертных медальонов, ни наград, по номерам на которых можно установить имя человека, при них не сохранилось. Поисковики собрали кости в мешки, и до торжественного перезахоронения оставили на высоте.
Рассказывает жительница деревни Монаково Татьяна Степановна Никонова:
- Я бы не поверила, если бы кто другой рассказал мне об этом случае. Не я одна слышала стон и плач, доносившиеся с высоты, но и другие односельчане, вот эти женщины, которые сейчас сидят рядом со мной, тоже слышали. А голос, протяжный и тоскливый, напоминал плач ребенка. Хотя на том месте, откуда он раздавался, мы никого не видели. И стон этот не умолкал до тех пор, пока останки солдат не упокоились в братской могиле.
И вот в этом году, весной, поисковики на склоне безымянной высоты обнаружили пробитый пулей орден Красного Знамени под номером 404436. Он, как удалось установить по архивным документам, принадлежал старшему сержанту Василию Яковлевичу Скаредневу. После чего были установлены фамилии еще 45 человек из лыжного батальона. Всего поисковикам удалось обнаружить останки 216 человек, которые недавно с почестями были перезахоронены на воинском кладбище, на окраине деревни Монаково. Об этом газета «Псковская правда» подробно рассказывала своим читателям.
Новосольнические поисковики, как только установили имя владельца ордена, связались с Читинской областью, откуда призывался Василий Скареденев. Откликнулись две его сестры. Они сообщили, что оба брата Василия Яковлевича тоже не вернулись с фронта. Мать, не дождавшись сыновей, умерла после войны. Сестры обещали приехать в Монаково в следующем году, на 9 мая.
P.S.:
Алесей Козырев уверен, что в окрестностях деревни Монаково лежат тысячи непогребенных советских солдат. Где-то здесь почти полностью полегла Панфиловская дивизия. За деревней есть урочище под названием Тимохово. Там, на высоте 107.1 находится крупное госпитальное захоронение. У поисковиков имеется список имен всех, кто там похоронен. В нем 161 фамилия.
- Пока всех не поднимем и не перезахороним, ни одного имени я вам назвать не могу, - заметил Алесей Козырев.
Мы договорились с ним встретиться позже.
