«И ладно бы хоть за дело, а то ведь ни за что погонят. В городе-то у меня все в полном порядке. Обидно…»
«Статский советник», Борис Акунин
Эту статью можно было бы поставить в рубрику «Обратная связь». Дело в том, что на связь с редакцией вышел бывший председатель комитета социально-экономического развития и потребительского рынка администрации Пскова, он же - бывший начальник УВД Пскова, Виктор Петров. Он прислал в редакцию письмо, напоминающее шифровку. Буквы и знаки препинания расставлены по одному ему известным правилам. Но одна из моих военных специальностей – кодировщик, поэтому я все же предпринял попытку письмо полковника расшифровать.
Под присмотром
Из письма можно узнать несколько полезных вещей:
1. Виктор Петров «газеты подобного содержания читает редко».
2. Статью «Зрелище вместо хлеба» он все-таки прочел – по рекомендации друга.
3. Письмо адресовано двум людям: главному редактору «Псковской правды» и автору статьи Алексею Семенову.
4. Виктор Петров, подав заявление об уходе с должности руководителя, председателя комитета в городской администрации, выступил в новом для себя качестве советника главного редактора. В частности, он дословно написал следующее:
«Присмотритесь к поведению господина Семенова, то он не считаясь с мнением сотрудников медицины и их руководителей вдруг выступает в качестве медицинского светилы, устанавливая диагноз, то вдруг, кто то ему подсказывает какие то версии о подмене документов, а что только значит его страх перед величием и могуществом Петрова его трактовка больших должностей, хотя, как говорится, что мелкой букашке и трава лесом кажется». Этот поток сознания здесь воспроизводится дословно, чтобы не расплескать смысл, который возможно там имеется.
Справочный стол
Если я правильно понял, Виктора Петрова не устраивает статья в газете. В этом нет ничего страшного. В Пскове встречаются люди, которых не устраивает сам Виктор Петров. Так уж устроена жизнь. Если же отвечать по существу, то, во-первых, я НЕ считаю Виктора Петрова величественным и могущественным человеком. И из той газетной статьи, на которую он ссылается, этот вывод, надеюсь, не следует. Кто он такой, чтобы его бояться? Избивал он старика или не избивал, у меня страх Петров вызвать не способен.
Во-вторых, никакого диагноза я не устанавливал и всего лишь высказал недоверие к отдельным медицинским справкам. Одни медицинские заключения противоречили другим. Значит, какие-то из них недостоверны. Кстати, то же самое невольно подтверждает и сам Виктор Петров, прилагая к своему посланию несколько противоречивых документов. К сожалению, не на все из них я могу ссылаться, потому что там идет речь не о его здоровье, а о здоровье Виктора Тимофеева, получившего травмы после посещения городской администрации. Не думаю, что Виктор Тимофеев давал Виктору Петрову разрешение разглашать медицинские сведения о себе. Наверное, Виктор Петров был бы не слишком доволен, если бы кто-то рассылал по редакциям газет документы, в которых говорилось о том - вздутый у него живот или не вздутый, какие у него тоны сердца – ясные или не очень. Так что, на мой взгляд, Виктор Петров в данном случае поступил неэтично. В этичности поступка судмедэксперта Е.Д. Кириленко я тоже сомневаюсь. Вначале эксперт перечисляет многочисленные травмы, а потом делает вывод: «Они не нанесли вреда здоровью человека». Хотелось бы точно знать – что это было? Может быть, лечебный массаж? Или все же «криминальная травма, вызванная ударом в бок ногой».
Кроме того, не очень понятно, почему экс-глава одного из комитетов городской администрации все сказанное в предыдущей статье воспринимает на свой счет. В статье я нигде не утверждал, что Виктор Петров кого-то избивал. На этом настаиваю не я, а предприниматель Виктор Тимофеев и свидетель драки Евгений Г. Не могу же я искажать их показания. Они говорят одно, другие – совершенно противоположное. Осталось дождаться хоть какого-то судебного решения, а пока что СМИ публикуют версии двух сторон конфликта.
Переоценка ценностей
Виктор Петров приложил к своему письму заключение по результатам служебной проверки. В комиссию входили сотрудники городской администрации Александр Петров, Сергей Фёдоров, Сергей Калинкин и Елена Ковальчук. Из материалов служебной проверки, проводившейся с 15 по 27 октября 2010 года, следует, что меры, которые предприняли Хохлов и Петров в отношении Тимофеева «были чрезмерно грубыми» и «противоречили общепринятым правилам поведения муниципального служащего, порочат репутацию администрации города Пскова». При этом члены комиссии ссылались, в том числе и на рассказ своего коллеги Виктора Петрова, который говорил, как в ответ на действия Тимофеева повалил того на пол. При этом тот же Виктор Петров в письме, присланном в редакцию, говорит о себе в третьем лице так: «…Петров не участвовал в так называемой Вами драке, а прибыл на место после ее окончания, да и это дракой не назовешь».
Не собираюсь изображать из себя не только «медицинского светилу», но и следователя. Поэтому выводов в своей статье никаких не делал и лишь сообщил, что прокуратура несколько раз возобновляла расследование, последний раз – в июне 2011 года. Так что ВСЁ в этой истории понятно, наверное, только одному Виктору Петрову. Остальным же, включая представителей правоохранительных органов, прошлогоднее происшествие кажется не до конца изученным. Хотя пора бы уже и разобраться – драка проходила на глазах нескольких свидетелей.
Сенсационное признание
Виктор Петров в своем письме делает сенсационное признание: «Кстати и я Хохлов всегда были против закрытия данной торговой точки». Сенсация не в том, что Петров называет себя Хохловым, а в том, что он, оказывается, всегда был против закрытия хлебного киоска Виктора Тимофеева. А как же тогда быть с требованиями о закрытии, которые исходили из комитета? Владельцу киоска предписывалось немедленно закрыть хлебный киоск. И как же тогда быть со словами продавщицы, которая рассказывала, что Виктор Петров лично участвовал в закрытии и убирал шест, поддерживавший козырек киоска? Из письма Виктора Петрова можно сделать невероятный вывод, что существовала какая-то параллельная структура, действовавшая от его имени и имени его заместителя. Это лишнее доказательство того, что в этом темном деле еще много не изученного.
Да и сам экс-председатель в письме намекает на то, что произошедший конфликт – часть более крупного плана по его дискредитации. Он пишет: «Ведь злодеев Петрова и Хохлова уже давно нет, но киоск не работает». Я не готов комментировать ничего про «злодеев», но определенно могу сказать – Виктору Тимофееву сейчас не до торговли. 73-летний предприниматель по-прежнему болен. Кроме того, на него заведено уголовное дело, его вызывают на допросы. В отличие от Виктора Петрова, для которого судебные заседания по восстановлению в должности главы комитета уже закончились, причем закончились успешно, Виктору Тимофееву еще предстоит судебная эпопея.
Неблагодарное дело
Виктор Петров пишет, что «организация торговли в Пскове всегда была делом опасным и не благодарным». «Мой предшественник, - сообщает он, - на данной должности господин ЛюхотОн был убит, советник мэра попытавшийся разобраться в системе работы рынков уволился сам, после того как разбили его автомобиль и подожгли дверь в квартире, так, что мне еще повезло».
Во-первых, предшественника звали не Люхотон, а Люхатан. Во-вторых, в недавнем прошлом главный милиционер города Пскова Виктор Петров намного лучше любого журналиста знает, как работает криминальное сообщество в Пскове и кто кому и в каких случаях всего лишь поджигает автомобили и двери, а в каких – убивает ударом по голове. Но сейчас речь о совсем другой истории, произошедшей 14 октября 2010 года в здании городской администрации. Если у Виктора Петрова есть доказательства того, что Виктора Тимофеева специально подослали в администрацию, чтобы тот устроил драку и дискредитировал двух честных чиновников, то пора их предъявить. К сожалению, никаких доказательств Виктор Петров не приводит и переключает внимание на торговлю на улице Вокзальной, где, по мнению автора письма, произошли массовые нарушения прав предпринимателей. Он, сжившись с ролью редакторского советника, пишет: «Думаю узнав имя тех, кто там остался торговать, да с чьего согласия, псковичи были бы удивлены. Вот и напишите об этом».
Под уклон
Мне кажется, не следовало бы так далеко уклоняться от темы. Тимофеев на Вокзальной никогда не торговал. Есть вполне конкретный случай: драка в городской администрации. На мой взгляд, все ее участники вели себя не очень достойно. Но здесь важно не личное мнение журналиста, а факты, утопающие в море бессмыслицы. И письмо Виктора Петрова, на мой взгляд, еще более запутывает ситуацию. Его обращение в газету выдержано в таком вот тоне: «При этом вы, господин Семенов, пытаетесь преподнести тему в ареоле загадочности, а между тем банально наводите тень на плетень».
Возможно, когда дело дойдет до показаний в суде, его формулировки будут более отточены. А пока что снова приходится прибегать к расшифровке. Что имел в виду полковник Петров? Ареола – это сильно измененная почка растения семейства кактусовых. Только семейства кактусовых в этой запутанной истории не хватало. Хотя, возможно, советник имел в виду ореол (световую кайму, сияние).
Выражаться так загадочно, как выражается Виктор Петров, я не способен. Здесь у него неоспоримое преимущество – бесценный опыт работы в городской администрации времен Михаила Хоронена. К примеру, заканчивает он свое письмо не менее таинственной фразой: «Так вот, предлагаю Вам пропагандировать приоритет права над субъективным мнением пусть даже редактора Семенова».л
Что он имеет в виду? Кто такой «пусть даже редактор Семенов?», учитывая то, что фамилия у редактора «Псковской правды» совсем другая.
Но, по крайней мере, одна вещь благодаря этой фразе более-менее прояснилась. Теперь я догадываюсь, что делали Виктор Петров и Евгений Хохлов, когда завели Виктора Тимофеева в кабинет и повалили того на пол: пропагандировали приоритет права над субъективным мнением.
Оригинал письма Владимира Петрова
