Это сейчас, в конце октября, за окном непостижимые +15 по Цельсию, а всего 10 дней назад, когда мы отправлялись в Гдовский район на «рыбную ферму», ночами были заморозки, а днем столбик термометра едва поднимался до трех градусов тепла. Зима казалась как никогда близкой, и поездка в такую погоду за 100 с лишним километров на летней резине представлялась авантюрным предприятием. Что уж говорить о гребле на обыкновенной весельной лодке, которую нам тоже пришлось пережить этим днем. Но обо всем по порядку.
Пиратский флаг и чучело
Рыбное хозяйство, куда нас привез зампредседателя ассоциации «Псковрыбхоз» Алексей Малов, располагается в лесу недалеко от асфальтовой дороги, но преодолевать эти 2 километра на легковой машине с низким клиренсом пришлось с черепашьей скоростью – сплошные ямы, лужи и ямы в лужах. Отсутствие нормального подъезда к рыбоводным предприятиям – одна из первых проблем отрасли. Муниципалитет, понятное дело, эти дороги делать не желает – считает, что это зона ответственности бизнеса. Горы свалок по берегам, оставшиеся от летних отдыхающих, тоже никогда не убирались. За них не только стыдно, но и страшно – рано или поздно яды от разложений потекут в озера.
База, куда мы приехали инспектировать рыборазведение, представляла собой небольшой, но добротный дом с пиратским флагом над террасой, а также трактор, вытянутый им из воды катер и пару нехитрых хозпостроек. Это на берегу. На воде объектов, заслуживающих внимания, было гораздо больше. Рядом со стометровым пирсом были сооружены садки различных форм и размеров, тут же пришвартованы современные аэролодка и катер с тентом. Завершало картину пугало, призванное отваживать вредителей-бакланов из Полистовского заповедника.
Управляющий всей этой красотой по имени Юра рассказал: в рыбхозяйстве 24 больших садка, а с маленькими получается аж 86 штук. Бригады живут здесь вахтами 7 дней - от вторника до вторника. Рабочий день обычно начинается с рассветом.
- С 9 утра начинаем кормить рыбу в первый раз, - загибает пальцы Юрий. - Потом идут рассадки, потом вечерняя кормежка, и ночью один человек постоянно дежурит – смотрит за камерами и находится на линии. Рассадку сейчас делаем поменьше – если раньше сажали по 3000, то сейчас по 1500 – чтобы больше была площадь плавания.
Управляющий говорит, что зимой работы прибавится – придется и лед рубить (чтобы давать рыбе кислород), и снег чистить (чтобы садки не ушли под воду). Кормление – тоже целая наука. За каждым садком закреплен определенный человек, который знает все о потребностях конкретной группы рыб. Любая ошибка в составе комбикорма, в уровне подачи кислорода может привести к гибели рыбы. Не говоря уже о погодных катаклизмах – как летом 2010 года, когда аномальная жара уничтожила десятки тонн форели в псковских водоемах.
- Это со стороны кажется, что все вроде легко, - рассуждает Юра. - Самое тяжелое: кормление, рассадки, пересадки и слежение за рыбой. Когда надо пересчитывать рыбу – поджимаем садок, делим на две части и вручную пересаживаем. Перед кормлением приходится и комбикорм сортировать – отделять мелкий от крупного.
На берегу находим остатки рыболовецкой роскоши советских еще времен в виде лежащего на боку катера, зарастающего потихоньку малиной. В озере видим видавшее многое рыболовецкое судно – кажется, оно тоже на вечном приколе, но нет: выясняется, что корабль на ходу. Зимой, поясняет Алексей Малов, его используют в качестве ледокола.
Министерство развития лосося
В хозяйстве, куда Алексей привез нас для «Ревизии», выращивают в основном форель и сиговых. Любопытно, что мясо форели и лосося изначально – белого цвета. Красным оно становится в дикой природе, когда рыба выходит в море и питается там крилем. Что же делать с форелью, выращенной «в неволе»? Чтобы не шокировать привыкших к красному мясу потребителей, в корма на рыборазводящих хозяйствах добавляют естественный краситель, который делает мясо розовым. Хотя, говорят, где-то в Псковской области есть небольшое хозяйство Московской патриархии, которое производит только белую форель.
- Бизнес интересный, но сложный и капиталоемкий, – это уже Сергей Базарнов, учредитель фирмы, где работает Юрий. - Во всем мире рыбоводство грамотно финансируется. Ведь помощь нужна реальная, а не кредиты под гигантские проценты от банков, которые к тому же еще и не получить. У нас условия госпрограммы постоянно меняются, и кредитная нагрузка в три раза выше, чем в Европе. Мы сейчас вынуждены пролонгировать кредиты, потому что стоим перед выбором – либо корма покупать, либо гасить банку деньги. Вообще заниматься без поддержки государства такими глобальными вещами – сложно. Вон в Норвегии в свое время было даже создано министерство развития лосося – не на пустом месте это все у них возникло. А у нас же рыбоводством в основном занимаются энтузиасты.
Затея ПсковГУ по взращиванию ихтиологов Базарнову нравится. Правда, говорит, рыбоводов надо учить своих, местных, потому что проблема с жильем всегда будет актуальной. А специалист должен работать не вахтовым методом, а постоянно находиться на месте. Средняя зарплата у хорошего рыбовода в Гдовском районе достаточно высокая – тысяч 18 рублей и выше. Но это все индивидуально и зависит от таланта и квалификации работника.
Пообщались мы и с Леонидом Чистяковым – предпринимателем, который выращивает форель на другом хозяйстве, но здесь же, в Гдовском районе. Он не жалеет, что ввязался в тяжелый и рискованный бизнес, но сетует, что наши законы не соответствуют реальности:
- Вот я выиграл по конкурсу участок озера для того, чтобы заниматься рыбоводством, - рассказывает Леонид. - Но земли у меня нет – по закону я не могу даже забор поставить. Вроде бы логично – подход к воде должен быть свободен для всех граждан. Но я же не занимаю весь водоем! Это проблема, которую на протяжении пяти лет нам никак не решить. Мы смеялись, когда наши друзья в Карелии 10 лет не могли так же с мертвой точки сдвинуться, а теперь сами в такой ситуации.
Инженер по образованию, Чистяков в советское время руководил рыбным заводом. И тогда государство всячески поддерживало отрасль. Сейчас, признается предприниматель, доходит до анекдотичных историй – как, например, с подключением электричества. Если у предприятия нет земли – то не может быть и столба для подведения электроэнергии. Злосчастный столб электрикам Леонид предлагал уже поставить в воду. Нет, говорят, не положено.
- Я почти 25 лет отработал директором Гдовского рыбозавода, - объясняет, почему решил заняться форелью, Чистяков. - Ну и, глядя на ситуацию вокруг Чудского озера, я увидел, что лососевые породы просто выбили. Ряпушки нет, сига нет, снетка нет.
Базарнов тоже говорит, что в Чудской акватории снизился запас и сиговых рыб, и снетка. Правда, снетки – это вид, трудноописуемый наукой. Никто не может толком объяснить, как снеток появляется и как пропадает в нашем водоеме. В былые годы его ловили и по 300, и по 400 тонн. А сейчас еле-еле набирается тонна за сезон.
- Как в это ввязался? Приключений хотели найти – и нашли, - отшучивается Сергей Базарнов, отвечая на вопрос о своем пути в рыборазведение. - Ну и потом мы сродни занимались промыслом – еще когда был колхоз «Красный маяк». В 2007 году появилась национальная программа, и мы поверили государству в очередной раз. Но все оказалось не так сладко. Хотя, если новая госпрограмма на уровне области будет выполняться, это будет здорово. Во всяком случае у того руководства региона, которое сейчас наш корабль ведет, в части аквакультуры взят правильный курс. Работать надо, и будет все хорошо.
Автор: Даниил Новиков Фотограф: Александр Магера