«Мечтать о розовых слонах» - очаровательное крылатое выражение, в такую форму французы облекли мечту о несбыточном. Без таких мечтаний крылатости у человека (той самой, которой он наделен с рождения), становится с каждым днем все меньше, и постепенно она сходит на нет. Один из моих «розовых слонов» настолько незатейлив, что и рассказывать о нем не стоило бы, если бы… Хочется в один прекрасный день обнаружить псковские уличные витрины преображенными до… узнаваемости: каждая – откровение для глаз и событие. И если при виде одной ты невольно улыбнешься до ушей – настолько она солнечна, то другая заставит вспомнить деревенское (или городское) детство, третья закружит тебя в ритме танго, четвертая окунет в Серебряный век и не отпустит от себя долго-долго... И на всем этом – печать истинного стиля, словно знак качества. И – никакого вам дурновкусия, отсутствие даже намека на серость и бездарность. Словом, моя мечта – о настоящем дизайнере для Пскова, а для начала – хотя бы для его витрин. Прохожу мимо очередной и спрашиваю себя: «А как бы это сделала Татьяна?» Естественно, предсказать невозможно. Знаю лишь, что было бы это стильно и, как всегда, ничего лишнего.
Для меня лично Татьяна Данилова и стиль – понятия неразрывные. Стиль не напоказ, но стиль как проявление внутренней сути художника… Похоже, увлекшись, я чуть не забыла о конкретике – надо бы назвать хотя бы несколько созданных ею объектов: клуб «Ягуар», боулинг «Платформа», магазины «Джокер», «Лукошко», «Молодильное яблочко», ресторан «Пушкин». С дизайнером и фотохудожником мы сегодня немного пообщаемся прилюдно, чего Татьяна, по-моему, страшно не любит.
- Может, начнем не с сегодня, а хотя бы со вчера? Ты ведь родом с Урала и там же училась?
- Да, родилась в городе Коркино Челябинской области. Окончила Свердловский архитектурный институт, факультет дизайна, и в 1981 году приехала в Псков.
- Как оно тебе работалось на радиозаводе – крупнейшем по тем временам в Пскове предприятии?
- Нормально, в отделе товаров народного потребления. Завод выпускал, в том числе, детские игрушки, у меня сохранилось два патента (на изобретение).
- Татьяна, а откуда у тебя такая любовь к концу XIX - началу ХХ веков?
- Я еще в студенческие годы интересовалась этим периодом. Но всерьез, пожалуй, началось с работы над экспозицией музея М. П. Мусоргского вместе с реставратором Николаем Гавриловым и его командой. Пришлось делать великое множество копий, стилизаций, и не только это.
- Что копировала?
- Графику, документы того времени… Вот уж когда по музеям (питерским и московским) основательно поездила и походила. Полное погружение, совершенно реальное.
- Тема увлекла?
- Конечно. А иначе как?
- И в Театре Слова ты была художником, и одним из активнейших членов фото-клуба «Фрагмент». Сама туда пришла?
- За руку привели. Там была сильная команда: Игорь Соловьев, Людмила Бутузова, Игорь Хандюк. Соловьев – щедрая душа, учил всему, всем делился. «Фрагмент» был клубом единомышленников, фонтанировали идеями, делали выставки без счету, ездили в Германию, Финляндию, Голландию.
-%D0%BA%D0%BE%D0%BF%D0%B8%D1%8F.jpg)
- И тебя заметили как фотохудожника уже на всесоюзном уровне, и не только. Почему бы не вспомнить 1991 год? Что там произошло на съезде фотохудожников России?
- Меня признали лучшей женщиной-фотографом года.
- Ты сама была на съезде? Все было торжественно?
- Более чем. На сцене стояло ведро с гвоздиками, цветы для всех, кого предстояло наградить. Ведущий назвал мое имя. Зал грохочет аплодисментами, я иду по проходу, выхожу на сцену, и тут раздаются возгласы: «Цветы – женщине!» Бедный ведущий растерялся, но цветы все-таки вручил. Все. Мне. Стою – что ваша Алла Пугачева. Такое разве забудешь?
- И расскажи, пожалуйста, что за издание было выпущено тогда же в США?
- «Фотоманифест» - антология советской фотографии. Там, в альбоме, опубликованы мои работы.
- Только твои. Из Пскова больше никто не попал.
- Ну да. Считай, повезло.
- Теперь о выставках. Сегодня, понимаю, все и не упомнишь, но не могу не спросить о твоей персональной выставке в Финляндии в 1996 году. Как ты туда попала?
- Очень просто: выиграла конкурс – надо было расписать стены двух жилых домов в Куопио, мой проект победил. Одновременно финны познакомились с моими фотоработами. Тогда и пригласили с выставкой в Финляндию.
- Дома расписала?
- Конечно.
- Были и другие проекты. Но, как мне кажется, грех не вспомнить 1998 год, выставку в галерее «На Бастионной». Думаю, одна из сложнейших.
- Да, действительно, сложновато было, объем немаленький (зал чуть меньше 200 квадратных метров). Но помогли друзья, с благодарностью вспоминаю Владимира Богданова, какие-то вещи без него не получились бы чисто технически.
- А у тебя сохранился тот - смонтированный на одном листе - фотоэтюд об этом вернисаже, что сотворил Сергей Тимофеев и привез в галерею для тебя еще до окончания открытия? Как ему это удалось - удивительно, ведь сегодняшней техники тогда еще не было…
- Да, вот это был подарок так подарок. Серега – творческая натура и притом щедрая, умеет порадовать и любит это делать.
- Вот и сегодня он - и еще несколько «стариков» из Театра Слова - были на открытии. (Мы беседуем в псковской галерее «Дар», где едва отшумел вернисаж. - Авт.) Были замечены многие яркие представители городской интеллигенции. Кого тебе хотелось увидеть в первую очередь в этот вечер?
- Всех приятных и доброжелательных людей, с кем пересекаюсь время от времени, любимых соседей, естественно – друзей, ведь столько вместе пройдено… Если уж такое позитивное событие, почему бы не встретиться?
Во время открытия Игорь Соловьев, знающий автора выставки намного лучше, чем все мы, вместе взятые, да и в фотографии кое-что понимающий (одних только молодых фотографов выпестовано им без счета, этакий Папа псковской художественной фотографии), назвал Данилову планетой, подчеркнув при этом разницу между ней и теми, кто считает себя звездами.
А тому, что группа присутствовавших в зале архитекторов выглядела довольно весомо, есть очень простое объяснение: ее в этом кругу считают своей. Заслуженно.
Архитектор Ольга Соколова кое-что поведала:
- Архитектурный театр начинался с капустников, которые плавно переросли в спектакли. Сценарии чаще всего писали сами. Художественным руководителем и режиссером была у нас Татьяна, она же и художник по костюмам. Всех актеров одевала она. Чтобы нас организовать – это надо быть очень сильной натурой и творческой, такой, как Таня, ведь мы - сборище ярких индивидуальностей, которые одновременно и актеры, и художники, и сценаристы. Все представления до единого - незабываемые, были даже под открытым небом, в Старом Изборске, ко Дню архитектора. Время от времени пересматриваем видеозаписи наших спектаклей.
На вернисаже был также замечен (и даже услышан) дизайнер Игорь Черкасов. Надеюсь, его высказывание о творчестве Татьяны будет цитироваться многими, в том числе – авторами монографии о художественной фотографии; в той ее главе, где речь пойдет о Даниловой.
- Работы Татьяны – это интерпретация современным фотохудожником самого духа Серебряного века. Этакий Серебряный век без кокаина.
Каково?
О Даниловой можно рассказывать долго, ведь в ее авторском арсенале – участие в нескольких международных выставках художников-кукольников, а проекты свои она создает всегда сама: от нуля – к идее, воплощению, и так до самой последней точки.
Но в самом конце беседы (когда уже переговорили обо всем, в том числе и о планах) я не удержалась:
- Не попробовала бы ты в канун Нового года помечтать, перестав на время быть прагматиком? Ведь не все желания-заявки Деду Морозу заканчиваются в детстве.
- Ну разве что помечтать о том, как в один прекрасный день увижу изданным альбом моих фоторабот? У меня такого пока что не случилось…
Автор: Ольга Кошелькова
