Международный союз архитекторов предложил коллегам по цеху в этом году провести профессиональный праздник под девизом «Неразрывная связь культуры и архитектуры». Архитектура – самая прочная, самая зримая и объемная часть культуры, говорят архитекторы, как раз она во многом и формирует облик эпохи. Для Пскова это особенно верно, Псков – это, по сути, и есть архитектура. Суровый, прочный, изящно-белый в средневековье, уютный деревянный в губернское время и типовой, серый – в советское. И отношение к архитектурному наследию – тоже отлично характеризует псковскую культуру. Точнее сказать, ее прискорбно низкий уровень, если судить по антивыставке, или выставке антидостижений, которая проходит 4-7 октября в Солодежне.
На эти дни Солодежня сама собой превратилась в выставочный объект. Великолепный памятник гражданской архитектуры XVII века, белокаменные палаты с высокими ступенями и характерным псковским крыльцом на трех столбах, сегодня стоит забытый и заброшенный на задворках улицы Гоголя.
Солодежня, вид снаружи
Но у него, по крайней мере, есть крыша – в отличие от дома Печенко, расположенного тут же, рядом. Переживет ли дом Печенко эту зиму – вот вопрос, который беспокоит и псковское отделение Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, и местный союз архитекторов, и многочисленных активистов-псковичей, отправлявших соответствующие запросы в прокуратуру… Но не собственника. Росимущество стоически выдерживает нападки общественности, и перспектив реставрации, или хотя бы консервации памятников за счет казны пока не просматривается.
На открытие антивыставки приехал вице-президент Союза архитекторов России Виктор Логвинов – слева от Святослава Битного и Ирины Голубевой.
Чтобы сделать экспозицию, участники псковского ВООПИК устроили субботник (а точнее – средник, в среду) силами студентов первого курса факультета образовательных технологий и дизайна. «Они пришли, увидели и победили ситуацию», - рассказывала потом в соцсети Ирина Голубева, председатель организации. Сначала освободили забаррикадированную изнутри кирпичами дверь XVII века, потом разобрали мусор и подмели: «Убрали, как могли, преподаватели наравне со студентами орудовали вениками и лопатой».
Перед гостями антивыставки предстали просторные палаты с высоким сводчатым потолком – безвременная красота, прикрытая слоем пыли и обрушенной штукатурки.
Интерьеры Солодежни производят впечатление даже в столь запущенном виде
- Мы хотели показать, что даже в таком состоянии эти памятники сегодня можно использовать, они необычайно хороши даже в таком виде, - сказала мне при входе архитектор Лариса Нуколова, когда я пошутила, что, мол, самозахват, похоже, единственно-доступный сегодня способ приспособления старинной архитектуры. Впрочем, как уточнила мне потом Ирина Голубева, Росимущество в курсе акции и разрешило временно использовать Солодежню.
В наиболее сохранном помещении, бывшей столовой зале, где сохранился прочный деревянный пол, псковские архитекторы установили куб с фотографиями и проектными решениями современной градостроительной ситуации.
Весной 2011 года дом Печенко пострадал от пожара и лишился крыши.
Представлены все главные болевые точки Пскова: дом Печенко в его нынешнем состоянии – и проект реставрации от Юрия Спегальского (кстати, в юности знаменитый реставратор жил в этом квартале); дом Батова, перечеркнутый лестницей Ольгинского моста, разворованный, потерявший свои некогда великолепные интерьеры; Романова горка – руины в двух шагах от палат Меншиковых – своих более удачливых ровесников. Палатам Меншиковых, в отличие от руин Романовой горки, достался куда более ответственный арендатор.
Нашлось место и героям последнего культурного скандала – пяти предназначенным под снос зданиям эпохи конца 19 – начала 20 века. Пока не пришли бульдозеры, в расселенных домах «уже зародилась новая цивилизация», рассказывает Ирина Голубева – там находят приют люди, лишившиеся жилья. Они греются, топят печки в доме №40 по Плехановскому посаду – а это территория частной деревянной застройки, на минуточку.
Но есть и хорошая новость: по слухам, после скандала, поднятого СМИ, в Пскове нашлись энтузиасты-предприниматели, готовые выкупить обреченные памятники. Постучим по дереву, чтобы не сглазить.
Легко и логично фото-экскурсия переходит к современным проектам, которые, если сказать мягко, крайне неаккуратно вторгаются сегодня в историческую городскую среду. Погубить архитектурное наследние можно и без строительной техники – есть такое понятие как «моральная гибель памятника». Это когда старинное здание обрастает вокруг типовыми панельками или высотки накладываются на линию горизонта в историческом ландшафте. Убедительные примеры представлены на отдельном стенде.
И тут же – примеры обратного: что случается, когда инвестор, отчасти поступаясь рентабельностью проекта, доверяется профессионализму архитекторов.
Доходный дом Епифанова по адресу Советская, 31 представлен в двух вариантах: до реставрации («клопежник», типичный двухэтажный «бомжатник», в котором «жить невозможно») и после. Сегодня в старинном здании из красного кирпича с оригинальным декором расположен коммерческий банк – и внутри он столь же хорош, как и снаружи.
...Памятники архитектуры обычно называют жемчужинами городской застройки. Псков архитекторы сравнивают с драгоценным ожерельем – правда, некоторые жемчужины из него выбиты и разрушены. Одни еще можно спасти, с потерей других уже придется смириться. Исторический Псков – город архитектурных шедевров – рушится под натиском безграмотности, варварской жадности и скучной типовой застройки.
- Все мы в ответе за то, что сегодня происходит в исторической среде, где живем мы с вами, - говорил, открывая антивыставку, Станислав Битный, председатель регионального отделения Союза архитекторов.
Эти слова и про нас с вами, дорогие читатели.
Автор: Светлана Прокопьева