Ещё летом в редакцию обратились прихожане храма Сергия с Залужья с такой проблемой: во время прошлогодней реконструкции улицы Свердлова дорогу к храму засыпали крупными и острыми камнями. По ним люди с трудом пробирались в церковь, особенно тяжело давался путь пожилым. Дети тоже спотыкались, падали и разбивали коленки в кровь. После опубликования материала «Дорога к храму» в номере от 26 июня редакция стала искать концы. Пришлось вести многоактную переписку с чиновниками, добиваясь внятного ответа на один и тот же вопрос: почему дорогу сделали непроходимой и кто может это исправить.
Сначала администрация города ответила, что уже в ходе работ выяснилось: глубина залегания культурного слоя не позволяет реализовать принятый перед началом реконструкции проект. В результате было разработано новое техническое решение — отказались от асфальтирования дорожки к церкви и заменили ее на отсыпку из гранитного щебня.В это же время пришел ответ из областного комитета по охране объектов культурного наследия: можно уложить асфальт поверх гравийного покрытия, без проведения дополнительных раскопок. Но в администрации и на этот счет нашлись резоны:
«Устройство асфальтового покрытия без устройства полноценной конструкции дорожной одежды на данном участке не представляется возможным, так как данное покрытие не выдержит нагрузки от проезжающего транспорта», - значилось в официальном ответе.
Какой транспорт? Это дорожка вокруг храма, по которой максимум поедут детская или инвалидная коляска.
Мы снова направили запрос в администрацию города. В этот раз чиновники расписали, почему они выбрали именно камни - «в целях сохранения исторического облика города при благоустройстве территорий памятников истории на отдельных участках дорог используется булыжник». Правда, где у нас в городе ещё используются булыжники, ни администрация, ни подрядчик подсказать не смогли. Зато мы знаем – в Кремле. Но там полноценная булыжная мостовая, имитирующая старинное покрытие, а не россыпь острых камней.
Читаем дальше: «Покрытие из камней мощения по сравнению с асфальтобетонным покрытием обладает рядом преимуществ в части ремонтопригодности, экологичности и декоративных свойств». Невероятная аргументация! Добавили бы уж и ещё одно преимущество — дешевизну такого покрытия, но про нее почему-то умолчали. Про минусы тоже рассказывать не стали.
На вопрос, соответствует ли данное покрытие нормам ГОСТ, нам пояснили, что оно «...не уступает по несущей способности дорожным покрытиям, соответствующим СНиП и ГОСТ. Госстандарты по устройству покрытий из булыжного камня отсутствуют». Наверное, потому что такое покрытие не используют для верхнего слоя дорожного «пирога»? Но нам ли учить знающих людей? Затем в ответе вообще сослались на «одобренные и рекомендованные к применению в строительстве на территории Санкт-Петербурга рекомендации по применению мощения при устройстве покрытий территорий жилой застройки». Разберемся и в этом. Мало того, что документ, рекомендованный Санкт-Петербургу, так там еще речь идет о том, как правильно выкладывать мостовые из камней и плит мощения. Мостовые — это как в Кремле, где ровненькие камешки плотно друг к другу лежат. А чтобы булыжники так на дорогу сыпать — это мы можем петербуржцев научить, они так еще не умеют.
В попытке найти все-таки рациональное зерно звоним начальнику управления строительства и капремонта администрации Пскова Павлу Андрееву.
- Сделали тонкий слой щебня крупной фракции, - рассказал он о том, как такая дорожка получилась. - Затем засыпали щебнем более мелкой фракции. Положить асфальт поверх будет технически неправильно: вода не будет дренировать, будут перепады по высоте — так как слой асфальта будем выше сантиметров на пять, чем примыкающая дорога.
![Камень на камне]( "Камень на камне")
Дорога к храму стала настоящим испытанием, пройти по ней можно только через острые камни.
Фото Андрея Степанова.
- Мы подрядчику писали, чтобы сделал ещё расклинцовку щебня, то есть засыпал более мелким. В прошлом году он делал, а в этом году отказывается — ссылается на то, что все работы сделаны в рамках контракта. У нас такая же ситуация была, когда мы делали дорожку возле церкви Вознесения, что рядом с планетарием. Там тоже на поверхности были кости. Но время было, поэтому пригласили археологов, которые вели раскопки четыре месяца. После этого мы смогли положить асфальт.
А здесь, как заметил собеседник, понимали, что четырех месяцев для завершения проекта в срок не остается. Вот и засыпали камушками. То есть получается, что сверху асфальт положить нельзя, выйдет слишком большой перепад высоты. Заглубиться тоже не выйдет, внизу культурный слой, нужны раскопки, а это время и деньги. И вот тут снова одни вопросы. Почему до начала реконструкции в историческом центре неужели непонятно было, что потребуются раскопки? Почему не заложить в проект их необходимость? Кто и как вообще согласовал такой проект? Чуть ниже поищем ответы и на них.
Пока что к нашим камням, раз уж вышло, как вышло. Споры о правильности реконструкции – дело долгое, а прихожане страдают уже сейчас. Может быть, был вариант сразу положить более мелкие камни? Звоним подрядчику. Сотрудник ООО «Эгле» рассказал, как выглядит ситуация с точки зрения исполнителя. Правда, попросил имени своего не называть.- В рамках муниципального контракта по реконструкции улицы Свердлова техническим заданием по благоустройству участка у церкви Сергия Радонежского с Залужья было предусмотрено асфальтобетонное покрытие проездов и тротуары из бетонной брусчатки. Но в связи с фактическими отметками залегания слоя культурного наследия федерального значения VII-XVII веков была изменена конструкция дорожной одежды и произошла замена покрытия на щебеночное с расклинцовкой щебнем. Заказчик – Управление городского хозяйства - 5 октября прошлого года выдало подрядчику листы рабочей документации в рамках ведения авторского надзора со всеми изменениями. Срок сдачи этого объекта был 1 декабря 2018 года. Археология была предусмотрена по проекту, но уже не было времени для выполнения работы. Сейчас контракт уже закрыт, разрешение на ввод объекта в эксплуатацию подписано 27 декабря 2018 года.
Почему же получилось, что работы носили спасательный характер, а где-то и такое провести не удалось? Ответ ищем вместе с директором Археологического центра Псковской области Мариной Кулаковой.
- Спасательные археологические работы — это экстренные меры. Если можно их не проводить, не копать — мы пытаемся уйти от раскопок, чтобы не разрушать памятники, - поясняет она.
Как подчеркнула собеседница, возле храма действительно много захоронений, это остатки старинного кладбища. Частично оно было исследовано во время археологических раскопок 2016 года при подведении теплотрассы к церкви: было изучено до шести ярусов средневековых захоронений. На небольшом по площади участке было изучено 29 погребений.
- Работа археологов была предусмотрена на всех участках. Но не всегда сразу видны все детали, - продолжает Марина Кулакова. - Начиная раскопки, мы обязаны полностью провести исследовательские работы, особенно в случаях работ на средневековых захоронениях. На участке у храма Сергия с Залужья мощность слоя составляет около двух метров — это значительно больше «пирога» под дорожное покрытие. И в случае проведения археологических раскопок по всей площади дороги сроки работ могли значительно затянуться и не факт, что они были бы завершены в 2018 году.
Вспомнила руководитель центра и археологические работы у церкви Вознесения, и на улице Спегальского.
- На перекрестке улицы Спегальского при замене дорожного полотна неожиданно для всех открыли средневековое монастырское кладбище, которое было расположено на глубине около 40 сантиметров от уровня асфальта! Асфальт там клали в 60-е годы, и оказалось, что он лежит прямо на погребениях, кости лежали в анатомическом порядке! Для того, чтобы сделать современную дорогу, необходим «пирог» около одного метра. А это по глубине — все захоронения XIV-XVII веков. Работы мы проводили, срывая все сроки, с мая по октябрь 2018 года, - вспоминает археолог. - До сих пор антропологи работают с костяками.
Получается, все дело — в проекте, который был плохо продуман? А ведь за него администрация заплатила 30 миллионов рублей. Но у заказчика концов не найдешь, в УГХ с тех пор руководство сменилось, спрашивать особенно не с кого.
![Камень на камне]( "Камень на камне")
Настоятель сделал, что было в его силах, — настелил досочки. Примерно так псковичи передвигались по болоту в этом месте в Средние века.
Фото Андрея Степанова.
- С лета ничего дополнительно сделано не было, - ответ батюшки оказался предсказуемым. - Вроде бы подрядчик и не против сделать расклинцовку, но это смысла особого не имеет, так как через два месяца дорога опять возвращается в прежнее состояние, мелкие камни оседают вниз, а крупные выступают на поверхность. Нужна крошка, но для этого надо снимать все и делать заново. Администрация говорит, что привлечь подрядчика и переделать дорогу можно только через суд.
В суд, очевидно, ради прихожан никто не собирается. Батюшка готов уже своими силами перекладывать дорогу. Конечно, администрация денег не выделит, надо самим искать. Сейчас отец Константин уложил вдоль дорожки деревянные доски, чтобы люди могли пройти по ним. Доски узкие, мамам с колясками по ним не проехать. Но хоть пожилые люди с палочками пройдут.
Что это такой за проект БЛАГОустройства — не понятно. Если только на благо чиновникам, которые отчитаются за проделанную работу и умолчат о своих ошибках. А насколько результаты этой работы удобны людям — их не касается. Видно, в церковь они не ходят. По крайней мере — в эту.
Текст: 
