Последний час генерала Петрова

Смелый план артиллерийского генерала помог освободить Невель. Награжденный Сталиным, через несколько дней он оказался на территории врага.

Случай под Невелем

«Доношу, что войска Калининского фронта провели непревзойденную и небывалую в истории по своей быстроте и стремительности Невельскую операцию…» — писал 10 октября 1943 года Верховному главнокомандующему Сталину генерал Андрей Еременко. Сообщая о достигнутом успехе — освобождении Невеля, захваченных трофеях, высоком героизме войск, он обратил внимание на возросшее мастерство офицеров и генералов, успешно освоивших «сталинское искусство побеждать». Командующий фронтом просил наградить командующих 3-й и 4-й ударными армиями орденами Суворова 1-й степени, командиров дивизий и других отличившихся военачальников — иными высокими государственными наградами. Просьба была выполнена оперативно: уже 11 октября вышел соответствующий Указ Президиума Верховного Совета СССР.

В списке награжденных орденом Суворова 2-й степени был и Михаил Осипович Петров — командующий артиллерией 3-й ударной армии. Он прибыл в армию в июне 1943 года, но и за столь короткий срок успел проявить себя с самой лучшей стороны. В период подготовки Невельской операции, в соответствии с приказом, он сосредоточил почти всю артиллерию и минометы армии (814 стволов из 886) на 4-километровом участке прорыва. Разработанный им план артиллерийского наступления был так же смел, как и вся операция. 110 орудий (по 27 на каждый километр участка прорыва) выдвигались для стрельбы прямой наводкой. Был хорошо спланирован и огонь по глубинным целям в обороне противника, и сопровождение огнем атакующей пехоты и танков. В действиях артиллеристов чувствовалась опытная рука генерала Петрова и штабных офицеров.

Однако через несколько дней победа под Невелем была омрачена тяжелым известием. В ночь с 19 на 20 октября генерал-майор Петров и начальник штаба артиллерии армии полковник Недзвецкий на автомашине заехали в расположение противника и не вернулись.

Упорство и отвага

Родился Михаил Осипович Петров 21 ноября 1898 года в семье крестьянина в деревне Васьково Старицкого уезда Тверской губернии. В 1911 году после окончания земской школы в городе Старица был отдан в ученики к кузнецу, деду по матери, а с июня 1914 года работал на предприятиях Петербурга. Добровольно вступил в Красную Армию, в октябре 1918 года направлен на 1-е советские артиллерийские курсы, в составе курсантов принимал участие в боях против Юденича. В конце октября 1919 года началась военная служба в артиллерийских частях Красной Армии, в период которой он прошел ступени командира батареи, дивизиона, полка, начальника артиллерии округа. В 1931 году окончил Военную академию имени М. В. Фрунзе, в 1935 году ему было присвоено воинское звание комбрига. С 1937 года служил начальником артиллерии Киевского, затем — Закавказского военных округов. Приобрел и боевой опыт: участвовал в боях у озера Хасан (за проявленное мужество был награжден орденом Красной Звезды), в Советско-финляндской войне.

Обстановка сложилась так, что 26 августа 1941 года Михаил Петров во главе училища вступил в бой с немецко-фашистскими захватчиками. Участвовал в обороне Днепропетровска. В течение 15 дней курсанты-артиллеристы под его командованием упорно сдерживали наступающие фашистские части. Причем, как отмечали вышестоящие начальники, во многом благодаря твердому и волевому руководству комбрига, который не только находился на передовых линиях обороны, но и лично водил курсантов в контратаки. Был ранен 8 сентября и эвакуирован в советский тыл, однако «донес рапортом», что сдал училище полковнику Тельнову. За эти бои Указом Президиума Верховного Совета СССР от 5 мая 1942 года награжден орденом Ленина, а еще раньше — 9 ноября 1941 года ему было присвоено звание генерал-майора артиллерии.

…После взятия Невеля перед войсками Калининского фронта зримо встала крупная оперативная задача — освобождение Прибалтики (20 октября фронт по приказу Ставки был переименован в 1-й Прибалтийский). Генерал Петров прибыл в город вслед за наступающими частями и не только наблюдал результаты успешной операции, но и развернул энергичную деятельность среди артиллерийских частей. Вот и в ту злополучную ночь вместе с начальником штаба артиллерии армии полковником Недзвецким, адъютантом и шофером «выехали в части для контроля».

По ошибке

К сожалению, подобные случаи как раз в это время имели место и на других участках советско-германского фронта. Так, 20 октября 1943 года при выезде в передовые части по ошибке проехал линию фронта и был пленен противником начальник штаба 49-го стрелкового корпуса полковник Фунтиков. А 6 ноября 1943 года произошел из ряда вон выходящий случай: командующий 44-й армией генерал-лейтенант Хоменко и командующий артиллерией армии генерал-майор Бобков при выезде в штабы корпусов потеряли ориентировку, попали в район расположения противника и были захвачены немцами со всеми находящимися при них документами.

Интересовались мнением о нем у всех, включая и начальника артиллерии фронта Хлебникова. Тот отвечал, что мнение о Петрове — «самое лучшее. Рабочий, участник революции и Гражданской войны, старый коммунист, кадровый командир Красной Армии…» Такой же была и характеристика на полковника Вячеслава Ивановича Недзвецкого, 1902 года рождения. Он — участник Гражданской, Советско-финляндской войн, Великой Отечественной — с 22 июня 1941 года. Отличился в период подготовки и проведения Великолукской и Невельской наступательных операций, ему принадлежала ведущая роль в организации взаимодействия частей и артиллерийского наступления.

…Заехали по ошибке в расположение противника. На войне всякое могло случиться. А что дальше произошло с генералом Петровым и его сослуживцами? Достоверную информацию получили не сразу. Первые сведения две недели спустя поступили «с той стороны»: генералу Хлебникову принесли немецкую военную газету, которую нашли среди захваченных штабных документов 20-й танковой дивизии 41-го танкового корпуса противника. К ней был приложен русский перевод статьи, в которой рассказывалось о судьбе генерала Петрова и его сопровождавших. Вот этот текст, который приводится в книге Николая Хлебникова «Под грохот сотен батарей»: «В нашем расположении, в лесу, была обнаружена автомашина противника. Требование остановиться она не выполнила, по ней был открыт огонь. По документам установлено, что убитыми оказались адъютант и шофер, а тяжело раненным — он вскоре скончался — полковник Недзвецкий, начальник штаба артиллерии армии. Командир заставы видел, как в темноте от машины удалялся еще один человек. Он скрылся в лесу. Было приказано прочесать весь лес. На второй день, в лесу, уже вблизи переднего края, был обнаружен человек в кителе с генеральскими погонами. В ответ на команду «Руки вверх!» он выстрелил из пистолета и убил лейтенанта. Находившийся рядом с лейтенантом ефрейтор успел выстрелить и убил русского генерала, который целился в него. По документам он оказался командующим артиллерией 3-й ударной армии генерал-майором Петровым. Так мужественно умирают русские генералы».

Немецкую газету вместе с переводом Хлебников отправил маршалу артиллерии Воронову.

Однако газета противника — источник ненадежный. Поэтому бюрократическая машина шла своим медленным и осторожным ходом. Приказом Главного управления кадров Наркомата обороны от 18 января 1944 года генерал Михаил Петров был исключен из списков Красной Армии «как находящийся в плену фашистской Германии». Менее чем через год этот пункт приказа был отменен, новая формулировка — «как пропавший без вести в боях против немецко-фашистских захватчиков». Видимо, там, «наверху», продолжали заниматься судьбой генерала. Не секрет, что некоторые старшие офицеры, оказавшись в плену, стали сотрудничать с небезызвестным предателем Власовым. Многое прояс­нилось после Победы, когда ранее исключенные из списков как «пропавшие без вести» генералы были репатриированы из немецкого плена.

Вернулся на Родину и генерал-лейтенант Лавр Мазалов, бывший командующий артиллерией 10-й гвардейской армии, который в июле 1943 года, попав на автомашине в немецкую засаду, был тяжело ранен и оказался в плену. Ему предложили крупный пост во власовской армии, а когда он категорически отказался, были использованы самые изощренные «методы» воздействия. Но сломить дух патриота не удалось. От него-то и была получена информация, которая не оставляла сомнений о судьбе генерала Петрова. И 16 марта 1946 года предыдущий приказ о «пропавшем без вести» был отменен и издан новый — со ссылкой на «дополнительные сведения, полученные от репатриированных из немецкого плена», который гласил о том, что Михаил Петров «раненый был пленен и, не приходя в сознание, через несколько часов умер».

Так спустя годы получили подтверждение того, о чем писала немецкая газета. Действительно, свой последний час генерал-майор артиллерии Михаил Осипович Петров встретил достойно — как и положено советскому командиру. Было установлено также, что полковник Вячеслав Недзвецкий, попав в немецкий плен, через несколько дней скончался от тяжелых ранений, а старший лейтенант Наймин и водитель автомашины погибли на месте.

Не пропавшие без вести

Где же конкретно произошел тот самый случай с генералом Петровым? По состоянию на 19 октября 1943 года войска 3-й ударной армии занимали участок советско-германского фронта, который проходил в двух-трех десятках километров юго-западнее Невеля. Стремясь закрепить достигнутый успех, они готовились продолжить наступательные действия.

В донесении о безвозвратных потерях офицерского состава артиллерии 2-го Прибалтийского фронта от 6 января 1944 года сообщается, что генерал Петров, начальник штаба артиллерии армии полковник Недзвецкий и адъютант командующего артиллерией старший лейтенант Наймин «ночью переехали линию фронта по Витебскому шоссе в Езелищенском (так в документе. Видимо, Езерищенском. — Прим. авт.) районе БССР». Таким образом, это случилось примерно в двух десятках километров южнее Невеля.

Остается неясным еще один вопрос: где похоронили генерала Михаила Петрова и его сослуживцев? Возможно, ответ на него можно найти в немецких военных архивах. Может быть, предания, связанные с этим случаем, хранят местные жители? Не верится, что не осталось никаких следов. Ведь знаем точно — командиры-артиллеристы не пропали без вести! В любом случае, имена павших должны быть увековечены на невельской земле, которую они освобождали и где встретили свой смертный час. 

На главном фото: Генерал Михаил Петров (слева) в минуты отдыха. 1943 год.