Счастливая Тоня

События раннего детства Антонины Николаевны полны драматизма. О них она знает со слов мамы и двух старших братьев. По свидетельству родных, они оказались вблизи деревни Красуха во время трагических событий в ноябре 1943 года.

ЧУВСТВОВАЛИ ДЫМ, СЛЫШАЛИ КРИКИ

- Незадолго до войны мои родители решили отделиться от большой семьи отца и зажить самостоятельно, - рассказывает Антонина Николаевна. – Они построили большой красивый дом и переехали. Немцам, которые заняли нашу деревню, дом очень понравился, и они в нем поселились. Мама с детьми была вынуждена перебраться в сарай.

Как осенью 1943 года их семья и еще несколько десятков обездоленных войной людей оказались в Порховском районе, Антонина Николаевна не знает.

- Мама рассказывала, что меня привязали к санкам, чтобы не потерять, братья везли по очереди, - рассказывает Антонина Николаевна. – Мама вспоминала: «Оглянулась посмотреть, как ты там, а на одной ноге нет валенка. Не заметили, как соскользнул».

Закончилось вынужденное путешествие тем, что всех людей согнали вместе и заперли в сарае. Перед этим отобрали всю еду. У брата Васи висела на плече торба с сухарями. Один из немцев срезал ее ножом. Люди провели в сарае несколько дней в ожидании смерти.

- Мама рассказывала, что когда люди заживо горели в Красухе (возможно, это была какая-то другая деревня. – Ред.), до их сарая доносились дым и крики, - продолжает Антонина Николаевна. – В числе сгоревших в Красухе были родная сестра отца и ее дочь. Мама потом часто плакала и вспоминала, что Наташу с Тоней сожгли. Пока сидели в сарае, были уверены, что и их постигнет та же участь. Мама говорила: «Ждали со дня на день, что тоже сожгут».

Братья – одиннадцатилетний Вася и семилетний Леня искали лазейки в сарае, чтобы выбраться наружу. Да так и не решились. Сарай охраняли фашисты с автоматами.

Маленькая Тоня все время плакала от голода, а братья дрожали от страха.

- Несколько раз немцы выводили людей из сарая, чтобы справить нужду, - продолжает Антонина Николаевна. – Женщины и мужчины не отворачивались, присаживались на глазах друг у друга, не до стеснения было.

ШРАМ НА ВСЮ ЖИЗНЬ

- Теперь всю жизнь со звездой хожу, - показывает Антонина Николаевна шрам посередине лба.

Окровавленный лоб немцы замотали тряпками и вернули девочку матери. Семью привезли в Литву на работы.

- Мама вспоминала: «Всех хозяева разобрали, а я сижу с тремя детьми, и никто брать не хочет».

Наконец нашелся и на Тонину семью хозяин. Мама со старшим братом работали в поле, а младший присматривал за Тоней.

Спустя много лет, когда Антонина Николаевна оформляла документы, чтобы получить статус малолетнего узника, выяснилось, что в Литве они провели год и четыре месяца.

ВЕРНУЛИСЬ НА ПЕПЕЛИЩЕ

Мечтам не суждено было сбыться. Отец пропал без вести. Деревня Дулово устояла под оккупантами. Сгорел один-единственный дом – Тониных родителей.

- Мы вернулись из Литвы, в чем были, даже лапти нечем подвязать, никакого скарба с собой не было, - вспоминает Антонина Николаевна. – И увидели пепелище.

Семью пустила пожить к себе соседка. Через несколько лет всей деревней построили новый дом.

Послевоенное детство было очень трудным, мама работала день и ночь.

- Не помню, откуда у нас в доме взялась книга «Путешествие Гулливера», - вспоминает Антонина Николаевна. - Но я часами разглядывала в ней картинки. Очень хотела научиться читать. Думала, если буду долго смотреть в книгу, в конце концов освою эту премудрость. Мама была неграмотная, да и заниматься со мной ей было некогда.

У Тони, когда она пошла в первый класс, была всего одна школьная принадлежность – пенал.

Первое пальто удалось справить лишь через несколько лет. Тоня собирала клюкву и драла лозу, вырученные деньги мама разрешила потратить на обновку.

ДУША В ДУШУ

- Мой муж был очень добрым и хорошим человеком, - рассказывает Антонина Николаевна. – Очень много знал, получил два высших образования, с ним всегда было очень интересно общаться.

С мужем Антонина познакомилась в сельском клубе, где оба занимались художественной самодеятельностью. После свадьбы у них родились сын и дочка.

- Мы с мужем прожили душа в душу двадцать восемь лет, – продолжает Антонина Николаевна. – Мне все вокруг говорили: «Какая ты, Тоня, счастливая!»

Супруги Ромашко успели поднять на ноги детей, супруг Антонины Николаевны умер от онкологического заболевания через несколько месяцев после свадьбы младшей дочери.

Двадцать восемь лет Антонина Николаевна живет без мужа, тоскует по нему и сожалеет, что он ушел так рано.

Но все-таки наша героиня старается не терять бодрости духа и поддерживать хорошую физическую форму. Летом работает на огороде, куда ходит пешком по полтора километра в один конец, зимой гуляет по поселку. Есть с кого брать пример, мама прожила сто лет и не выпила ни одной таблетки, дедушка по маминой линии – сто четыре года.

- Жизнь продолжается! – говорит она.