Мама уверяет, что у нее грозились отобрать дочерей, если она не сделает ремонт. Сотрудники опеки говорят, что лишь защищали детей, которые жили в грязи. «Псковская правда» разбиралась в непростой истории.
Мама уверяет, что у нее грозились отобрать дочерей, если она не сделает ремонт. Сотрудники опеки говорят, что лишь защищали детей, которые жили в грязи. «Псковская правда» разбиралась в непростой истории.
Ольга Павлова – мама семилетней Алевтины и пятилетней Виктории очень хорошо знает, что такое жизнь в детском доме. Во втором классе она оказалась в приюте.
Родители мной не занимались, воспитывала бабушка. Потом бабушка перестала справляться и попросила помощи у опеки. Сначала меня отправили в псковский приют, потом перевели в Тямшу, а доучивалась я уже в поселке Ямм Гдовского района.
- Я знала, что мне как сироте положено жилье в Пскове, - продолжает Ольга. – Но предлагали варианты один другого хуже, да еще и за пределами города, в Середке, например. В конце концов, я, даже не глядя, была вынуждена согласиться на комнату в общежитии на улице Ижорского батальона,10 б. Ведь у нас с семьей была безвыходная ситуация - нам негде было жить.
Единственная душевая в общежитии находится на первом этаже, там только холодная вода, и нет света, трубы прогнили так, что до них страшно дотронуться, половина двери отсутствует, стены покрыты плесенью.
Маргарита сама выросла в детском доме, помогает в качестве волонтера в «Детской деревне – SOS» и, конечно, не могла остаться равнодушной к истории Ольги, когда узнала о ней от друзей.
Ольге не повезло не только с местами общего пользования. Ее комната оказалась угловой. Здание общежития течет много лет. Мокрое пятно хорошо видно снаружи. Изнутри Ольгиной комнаты пятно не высыхает никогда. Маргарита нашла волонтеров, которые готовы были оплатить Ольге ремонт. Но, посовещавшись, решили, что косметика в комнате не поможет – обои отвалятся из-за сырости и плесени. Нужен капитальный ремонт всего дома. По той же причине бессмысленно травить тараканов.
- Я обращалась в домоуправление с просьбой сделать ремонт, но мне отказывали. Говорили: нет средств, нет материалов, - говорит Ольга. – Совместными усилиями жильцы немного пытались подлатать общий туалет. Но помогло мало.
Однако сотрудники опеки посчитали, что именно Ольга виновата в неутешительном состоянии своего жилища. Хотя комната даже не в собственности Ольги Павловой. Семья живет в ней по договору социального найма. Опека предъявила Павловым «антисанитарию». И, по словам Ольги, грозила отобрать детей.
Памятуя о своем печальном детском опыте, Ольге бы и в голову не пришло просить помощи у социальной службы. Но сотрудники опеки постучались к ней в дверь сами.
- Опеке не было до нас дела все эти годы. Но в ноябре к ним «поступил сигнал», - рассказывает Ольга. – Я подозреваю, что автор «сигнала» одна из соседок, которой вечно мешали мои дети.
Сотрудницам опеки не понравились тараканы и сырость. Ольгины объяснения, что на эти два фактора она повлиять не может, их не удовлетворили.
- Ситуация возмутительная, - говорит Маргарита. – Сначала сироте дают жилье в ужасающем состоянии, а потом из-за этого грозят отобрать детей. И это вместо помощи!
К сожалению, подобная ситуация не первая в моей практике. Квартира Ольге предоставлена еще в соответствии со старым порядком по договору социального найма. В силу положений статьи 15 Жилищного кодекса, жилым помещением признается изолированное помещение, которое является недвижимым имуществом и пригодно для постоянного проживания граждан, то есть отвечает установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства. То, что, предоставлено Ольге, как лицу из числа детей-сирот, вообще трудно назвать помещением, отвечающим санитарно-техническим требованиям, это видно по фотографиям невооруженным глазом. Помещение в аварийном состоянии, часть стены от гниения ушла внутрь дома, отсутствует душ, в котором безопасно можно мыться. Думаю, никакой ремонт этот старый дом уже не спасет. Возмущает и поведение сотрудников органов опеки и попечительства, которые вместо профилактики вторичного социального сиротства, совершают прямо противоположные действия. Ведь профилактика социального сиротства должна быть миссией государства. А здесь социальная служба, призванная помогать и защищать интересы детей, грубо нарушает их права на воспитание в семье. Поскольку в Пскове это не первая подобная ситуация, с которой я встречаюсь, придется призывать на помощь в защите нарушенных прав прокуратуру и уполномоченного по правам ребенка.
- Эта семья, действительно, состоит у нас на учете по постановлению комиссии по делам несовершеннолетних. В поле зрения попала в 2018 году, - говорит начальник отдела семьи, опеки и попечительства территориального отдела города Пскова комитета по социальной защите населения Псковской области Татьяна Кучерова. – Семью посещали разные ведомства: и мы, и полиция, и комиссия по делам несовершеннолетних. Все посещения документально зафиксированы. В самом деле, к этой семье были претензии в части антисанитарии, и не только у опеки. В частности, в информационном сообщении, которое к нам поступило из полиции, отмечено, что «тараканы бегали прямо в холодильнике и по кровати, на которой спали дети. А у детей не было даже чистого постельного белья». Мы дали маме срок для наведения порядка, и она его навела. Сейчас ситуация нормализовалась, и в настоящий момент у опеки нет претензий. Цели отбирать детей не было ни у нашего ведомства, ни у полиции. Эта семья и дальше будет у нас на контроле. Если ситуация полностью изменится, мы их снимем с учета.
Эту общагу должны были расселить по программе расселения. Но что-то пошло не так... В ней должны были делать капремонт горячего водоснабжения в 2015-2017 году. Но что-то пошло не так, и 2 месяца они сидели без горячей воды. Сейчас горячая вода восстановлена. <br/>У депутата Стороненкова написан запрос в Администрацию г.Пскова по поводу расселения, и в ФКР по поводу капремонта. Ответов пока нет.

>> Ответ на сообщение Елена Демченкова от 10:31 14.03.2019<br/>
Ольга Павлова, мама Алевтины и Виктории
Маргарита Никитина, знакомая Ольги



Арсения Разумовская, юрист