На десятом десятке

Уже 60 лет он не употребляет алкоголь. До 85 лет водил машину. Историю Пскова не только знает, но и сам ее создавал. Он принимал участие в строительстве большинства мостов Пскова, включая Ольгинский и 50-летия Октября. Помнит всех старых руководителей города и области, а с новыми уже познакомился лично. Депутата Севастьянова называет Алёшенькой, а про сенатора Бибикову говорит, что с 1987 года она совсем не изменилась.

И сегодня каждый день для него — возможность сделать что-то полезное.

Наше знакомство с Александром Михайловичем Осекиным началось с его телефонного звонка в редакцию.

— С большим интересом прочитал статью о псковской очно-заочной вечерней школе, — сообщил он. — Я ведь там учился в 1951-1954 годах, помню многих учителей по именам, хочу принести вам свои воспоминания о школе.

Через пару дней Александр Осекин пришел в редакцию, принес фотографию своего выпуска и письмо-рассказ, написанное ровным красивым почерком. Разговорились, оказалось, что Александр Михайлович разменял десятый десяток жизни — отметил 91 год, вся его сознательная жизнь связана с Псковом. «Псковскую правду», говорит, читает много лет, ждет, когда письмоноска — именно так он называет почтальона — принесет в среду газету.

— Я же газету читаю без очков, — сообщает ветеран. — Даже вот то, что написано мелким шрифтом. Полтора месяца назад сделал в клинике операцию, сначала на один глаз, а полмесяца назад на второй. Вижу теперь хорошо, чего же мучиться, если можно операцию сделать.

И правда, не надо ждать у моря погоды, надо действовать! Пожалуй, это главный рецепт жизни Александра Осекина, приправленный оптимизмом, неравнодушием и здоровым юмором.

Надо поросенка зарезать. Зарядил пулю в берданку, отошел, как на охоте...

А ВАМ СЛАБО?

— Я встаю примерно в 8 часов, — делится секретами бодрости и здоровья Александр Михайлович. — Делаю зарядку. Сначала 105 приседаний. А что делать? Если себя расслабишь, все… уже давно был бы там! Потом отжимаюсь 10—15 раз, дальше ноги под шифоньер — и брюшной пресс 10 раз. Сделал зарядку, иду в душевую. Раньше она была на улице, теперь в доме есть. Когда мне было лет 80, я смотрел на актера Зельдина (тот дожил до 101-го года. — Ред.) и думал: «Молодец!» Не ожидал я, что доживу до такого возраста. Ищу каждый день себе работу.

Еще пару лет назад ветеран держал кроликов, до 40—50 штук насчитывало хозяйство. Сейчас есть куры и две кошки.

— Когда мне было 30 лет, я злоупотреблял спиртным, приходил домой подвыпившим, иногда с друзьями, — вспоминает Александр Михайлович. — Потом жена сказала, что ей это не нравится. Раз так, я прекратил выпивать. 60 лет уже не пью.

Теперь он позволяет себе стопку на День Победы и в день рождения.

— Она Шура, а я Саша, — говорит о любимой жене Александр Михайлович. — Она ходила в 6-й класс, а я в 7-й. Влюбился в нее. Прожили в любви и согласии 65 лет. Уже четыре года я вдовец. Когда она умерла, не хотел жить, целый год была депрессия, первый месяц не помню, как прожил. А потом внук мой, ему 46 лет, как-то меня задействовал, начал я жить по-другому.

С тех пор он живет со старшей дочерью, она ведет домашнее хозяйство, хотя Александр Михайлович не остается в стороне.

— Я пытаюсь картошку почистить, картошка на мне, — замечает с улыбкой.

— В 1957 году Хрущёв объявил, что надо граждан обеспечить жильем, — вспоминает ветеран. — Город еще не восстановился после войны, жили в бараках, в вагонах. Я организовал строительство поселка. Провели собрание, обсудили постановление Хрущёва и приняли решение строить жилье своими силами. Принять-то приняли, а как это сделать? Написал в Москву, в главтранспроект, попросил прислать проекты одно- и двухэтажных домов. Прислали. Посмотрел, особенно двухквартирные одноэтажные на две комнаты понравились мне. Пошел к главному архитектору с просьбой согласовать. Он сказал: хорошие дома — и согласовал.

В итоге через два месяца был готов проект поселка мостопоезда в переулке Чапаева.

— Я до сих пор удивляюсь, как так быстро получилось. Кто я там? Не начальник, просто техник-инженер без диплома, — говорит Осекин. — Мы за четыре месяца построили шесть домов.

Строили своими силами, после работы, в выходные. Бригада 40—50 человек, в основном женщины.

— Яслей не было, детей брали на стройку, — вспоминает Александр Михайлович. — Все делали вручную, копали котлован, бетономешалку организовали, а бетон носили на носилках. Еще вопрос, из чего строить. Иду я как-то, смотрю, мужики плиту железобетонную ломают, договорился с ними, они нам плиту больше тысячи кубов наломали. Кирпича нет, блоков нет, из чего стены делать? Мучаюсь, думаю. Решили из шлакобетона строить. В лаборатории сделали образцы смеси: шлак, песок, цемент. Испытали. В котельной нашей весь шлак выбрали, а где остальное взять? Иду, смотрю у пивзавода на берегу гора шлака. Мать честная! Я к директору, он говорит: бери. Еще пришлось дорогу сделать, вручную грузили лопатами. Не одну тысячу кубов шлака вывезли. Женщины грузили, и никто не жаловался. За четыре месяца построили шесть домов, а планировали пять. Это целая история.

Александр Михайлович до сих пор живет в одном из этих домов.

БРИГАДИР-СЕМИКЛАССНИК

Александр Осекин родился в 1927 году в небольшой деревне в Вологодской области в простой сельской семье. С восьми лет дети пасли овец, корову, ухаживали за поросятами и курами.

В начале войны отец Александра ушел на фронт. Несколько раз был ранен, а в 43-м прислал последнее письмо с Курской дуги. Написал, что не вернется из этого боя, простился со всеми, так и вышло.

— Я искал могилу, но не нашел, — говорит Александр Михайлович. — Есть сведения, что погиб он в деревне Кукоревка Курской области, известно место гибели, но могилы нет.

Из шести детей Александр был самым старшим.

— В начале войны окончил семь классов, и меня сразу поставили бригадиром в колхозе «Рассвет», — вспоминает собеседник. — Мне 15 лет, 50 человек бригада. Надо посеять, убрать. Война. Все на фронт. Вечером думаю, что надо делать с утра, распишу кого куда, утром пробегу по всем и отправлю на задание.

В деревне работали одни женщины, старики и подростки.

— Вот надо поросенка осенью зарезать, а как? — вспоминает Александр Осекин. — Зарядил пулю в берданку, ходил же по лесу за белками, за зайцами. Дал ему поесть. Отошел, как на охоте, — бух! А он каааак побежит по двору. Пришел дядя Миша: ты чего делаешь? Разве так бьют? А как? Он рассказал. Потом по деревне ходил поросят бил, мужиков же нет, только пацаны и старики.

В 1944 году 17-летнего Александра Осекина призвали в армию. В учебном пункте в Ленинграде «учили три месяца воевать», но на фронт мальчишки не попали.

— Там же отцы наши были, они берегли нас, — плачет Александр Михайлович, вспоминая то время, — Не буду говорить об этом, тяжело. Я ходил два раза на задание, а когда война кончилась, нас послали охранять Потсдамскую конференцию. В псковской книге «Солдаты Победы» есть несколько эпизодов этой истории.

Полтора месяца назад сделал в клинике операцию. Вижу теперь хорошо, чего же мучиться.

УЧАЩИЙСЯ С ДВУМЯ ДЕТЬМИ

— Была такая радость, что я теперь свободный, что хочу, то и буду делать, — говорит Александр Михайлович. — Неделю отдыхаю, а уже были жена, ребенок, вторую неделю отдыхаю, выходное пособие, которое дали, расходуется. Пошел искать работу, а ее нет. Походил неделю, не устроиться. Решил снова идти в армию. Взяли в разведбатальон в Промежицах.

В это же время 24-летний старшина Осекин поступил в псковскую очно-заочную вечернюю школу.

— Ведь мы все из-за войны были без образования. Я благодарен учителям, они спасли нас в какой-то степени. Ну что семь классов? Была у нас частушка: я писать, читать умею, в офицеры попаду. С семиклассным-то образованием?!

А потом «школьник» в погонах встретил начальника отдела псковского мостопоезда Валентина Смирнова, который пригласил его работать на предприятие, так Осекин попал в профессию, которой был верен всю жизнь.

— Это была полувоенная организация, начальство все в погонах. Взяли меня техником.

После школы Александр поступил в Ленинградский инженерно-строительный институт.

— Поступал вместе с молодыми ребятами. Нам ведь уже было 27-28 лет, — делится ветеран. — Товарищи просили у меня подсказки, знания после школы были свежие, сдал экзамены на «хорошо» и «отлично».

Учился Александр Михайлович заочно шесть с половиной лет, работал в мостопоезде, до окончания института его перевели в инженеры. Был секретарем комсомольской организации, председателем профкома, потом депутатом городского совета. А ведь еще семья и двое детей. Все как-то получалось.

МОСТОСТРОЕВЕЦ

— Меня торжественно проводили на заслуженный отдых в 87-м году, присвоили звание «Персональный пенсионер» за заслуги перед областью, — отмечает с гордостью ветеран.

С того времени в течение 25 лет он был председателем совета ветеранов войны и труда Мостоотряда, в котором проработал всю жизнь, как и в молодые годы, занимался общественной работой. Приходилось разбираться в самых разных проблемах. Например, с ужасом вспоминает Осекин ельцинское время, когда ведомственные многоквартирные дома оказались ничьими и никому не нужными. Пришлось столько переговоров провести на самом высоком городском уровне, чтобы семьи мостостроевцев не остались без тепла и света.

Несмотря на возраст, он и сейчас активно «вмешивается» в современную жизнь. Не так давно встречался с Михаилом Ведерниковым. Говорит, что надеется на него. Переживает за ремонты старых и строительство новых мостов.

Историй у Александра Михайловича Осекина на целую книжку, не меньше.