Гости в Волышово, что в Порховском районе, сегодня не редкость. Приезжают полюбоваться на родовое гнездо графа Строганова из расположенного поблизости санатория целыми автобусами. Бывают и одиночные визитеры. Их фамилии на слуху у каждого россиянина.
Только вот демонстрировать здесь скоро будет нечего.
Стоит свернуть с основной трассы, как вскоре показывается внушительное здание из красного кирпича – манеж. Даже обывателя он поражает своими размерами (общая площадь – 1200 квадратных метров!), обилием окон и удивительно простой, но прочной конструкцией деревянных перекрытий. За исключением окон и дверей состояние почти идеальное, а ведь сооружению почти двести лет. В 1993 году манеж осматривал главный архитектор Москвы с группой иностранных архитекторов. Гости единодушно назвали его постройкой мирового значения. Но в манеже давно не слышно цокота копыт. Здесь хозяйничает ветер.
Графу и не снилось
А вот и усадьба. Ее сердце – парадный круг, вокруг которого расположен комплекс построек: контора, столовая, домик графини (старшей сестры графа), дворец, церковь, домик управляющего. В центре – голубятня, в середине которой была артезианская скважина. За кованой решеткой видна конюшня в английском стиле. Первый этаж ее занимают денники для лошадей.
Очутись граф снова в имении – пришел бы в ужас. Столовая – груда руин. Немногим лучше состояние других построек. Самое неприглядное впечатление оставляет дворец: окна заколочены, но через решетку на двери внутрь может проникнуть любой желающий. Удивительным образом уцелела парадная мраморная лестница. Разнообразием оттенков поражают остатки паркета в бальном зале. Из уцелевшей роскоши также фрагменты лепнины на потолках. На всем остальном – след разрухи.
Золотой век
Между тем у Волышово многовековая история. Оно упоминается в писцовых книгах аж с 1498 года! Граф Сергей Александрович Строганов (1852 – 1923), последний представитель знаменитой семьи меценатов и коллекционеров, стал владельцем Волышово в 1880 году. Через два года он женился на троюродной сестре Евгении Александровне Васильчиковой. Для молодой жены в Волышово были отделаны парадные комнаты с выходом в сад, у ступенек террасы раскинулись цветники и «розовый садик». Оживленная хозяйственная деятельность Строганова, особенно в области коневодства, создания питомников ценных пород деревьев, строительства дорог, создания школ для крестьян и Реального училища в Пскове, стала примером для других помещиков.
Но семейное счастье было недолгим. Скончалась жена. Год прожил граф у могилы супруги, а затем уехал в Петербург. Это не помешало ему думать о Волышово и даже перестроить дом после покупки в Италии белой мраморной лестницы.
С 1907 года и до самой смерти он прожил во Франции. В Волышово возвращения графа ждали в течение двадцати лет. Все 50 комнат дома ежедневно убирались. В экономическом плане усадьба была убыточной, но средств у представителя богатейшего дворянского рода хватало. Во Франции граф женился, однако и второй брак не принес детей. Злые языки утверждали, что это плата за темные делишки его предков.
Две войны практически не затронули Строгановский дворец. До середины 1980-х годов все производственные постройки волышовского имения использовались по назначению конным заводом и фермой. В барском доме была школа, в церкви – клуб, во флигелях и других помещениях жили работники завода, учителя и агрономы. Роковым стал переезд школы во временное помещение. Реставрационные работы во дворце так и не начались.
И земли для игры в гольф
– Наверное, злой рок преследует род Строгановых, – говорит «Псковской правде – Вече» и.о. начальника конной части СПК «Племенной конный завод «Псковский» Людмила Яковлева. – Прямых наследников граф не оставил. Не оказалось детей и у внучатой племянницы графа француженки Хелен Людингенгаузен. Наверное, поэтому интерес к восстановлению усадьбы оказался не столь велик, как мы ожидали.
Хелен Людингенгаузен побывала на родине знаменитого предка дважды: в 1991 и 2006 годах. Инициатором этих поездок выступала супруга председателя Госдумы Бориса Грызлова Ада Грызлова.
– В 1991 году Хелен приезжала с мужем и богатыми друзьями, – вспоминает Людмила Александровна. – Мы накрыли стол в графской столовой: привезли красивую мебель, дорогую посуду. Муж Хелен – егерь – тогда излазил всю округу. Особенно ему приглянулась псарня. Все шло хорошо, пока внучатая племянница не озвучила цель приезда: получить в собственность все постройки и 200 гектаров земли для игры в гольф. После ответа областных властей – аренда на 49 лет! – зарубежные гости ретировались.
Пир во время чумы
В 2006 году Хелен Людингенгаузен снова приехала в Волышово.
– Накануне нам позвонила Ада Грызлова и попросила провести свет, а также накрыть стол на 15 персон в бальном, – рассказывает Людмила Яковлева. – Я попыталась отговорить: «Ну разве можно нормального человека в разрушающийся дворец заводить?» В Волышово тогда пожаловали Хелен Людингенгаузен, Ада Грызлова с сыном и, наверное, пол-Питера. Но разговора не получилось. 62-летняя женщина показала крутой нрав и даже отчитала нас за разрушившиеся после последнего приезда постройки. Я объяснила, что конный завод не является собственником усадьбы, да и в стране сложная обстановка.
Были и другие причины. Хелен развелась с мужем, жила за счет доходов с небольшого бутика и восстановление имения предков ей стало просто не по карману.
Сейчас Волышово находится в ведении Росимущества. Работники конезавода, занимающие помещения бывшей графской конторы, а потому принимающие участие в судьбе имения, ждут звонка от Ады Грызловой. Говорят, она продолжает поиски спонсора.
Строгановы не допускали посторонних лиц к изучению своих богатейших архивов. Затем те, вероятно, были уничтожены, поэтому и материалы о Волышово крайне скудны. Дошли только письма управляющих по поводу строительства и ремонтов в Волышово, письма архитекторов к графу и редкие сметы на строительство.
