В книгах Вениамина Каверина (Зильбера) Псков нередко становился прототипом городов, в которых жили его литературные герои. Но в этих литературных произведениях нигде не упоми­наются местные булочные. Хотя они могли стать ярким воспоми­нанием о детстве автора «Двух капитанов», как места, где торго­вали редкими деликатесами. Ведь пастило-ванилиновые ароматы, доносившиеся из-за прилавка, ему тогда казались райскими.
Дом Зильберов не сохранился, на этом месте сейчас Центральный по­чтамт. Поблизости, на разных ули­цах, вели торговлю с полдюжины булочных. По статистике, в 1914 году в Пскове насчитывалось 13 булочных. Маленький Вениамин, конечно же, бывал в очень популяр­ном у горожан магазине супругов Шофф на Великолуцкой улице (ныне улица Советская). Это был их собственный дом, при нем же на­ходилась и пекарня. Предприятие располагалось под окнами кварти­ры Зильберов, в третьем доме от церкви Михаила Архангела.
Как пишет в своей книге «Из истории псковских немцев» краевед Натан Левин, жители лю­били шутить, что весну в городе открывают супруги Шофф. Они первыми старались испечь в своих пекарнях так называемых «жаво­ронков». Их родственница, Зельма Шофф, торговала хлебом по со­седству, у Торговой площади (ныне площадь Ленина).
Зильберы также могли заходить в булочные Элькинда и Комман. До них тоже было рукой подать. К со­жалению, эти дома давно снесены. Возможно, они находились там, где теперь памятник княгине Ольге.
За 100 лет география Пскова очень изменилась. С карты города исчезли не только дома и улицы, но и целые кварталы. Например, мага­зины Ивана Теплова и Константина Матвеева в 1914 году торговали на улице Нарвской (нынешняя Леона Поземского). По мнению Натана Левина, они находились в проме­жутке между нынешним историче­ским факультетом педагогического университета и льнокомбинатом.
Уверенно можно назвать толь­ко одно место: дом №14 на Октябрьском проспекте (это напро­тив центральной аптеки). Здесь в начале прошлого века стоял дом Франца Шпинка. Его простор­ное угловое помещение занимала «Санкт-Петербургская булочная и кондитерская» Андрея (Генриха) Шарфа.
Что-то из всего великолепия того времени, конечно же, удалось в юном возрасте отведать и будуще­му автору «Двух капитанов». Толь­ко что именно, он ни в одной своей книге так и не сообщил.
КСТАТИ
Фунт (453 грамма) калачей стоил 5 рублей, ржаного хлеба - 2 рубля, фунт пряников – 10 рублей, баранков – 8 рублей.
От сухарей до монпансье принца Ольденбургского?
В газете «Псковские губерн­ские ведомости» за декабрь 1838 года читаем о том, что из Санкт-Петербурга вновь приехал кондитер Отто Кениг, и 18 декабря в доме купца Каль­вера, близ кирхи (она стояла рядом с церковью Анастасии Римлянки) открыл новую кон­дитерскую лавку. В ней, гласит объявление, во всякое время можно заказать все, что угод­но. Основными сортами хлеба тогда были: французская булка, булочная мелочь, весовой сит­ный, баранки, сдоба и сухари, мучные кондитерские изделия.
Когда торговал Отто Кениг, фунт (453 грамма) калачей сто­ил пять рублей, ржаного хлеба - 2 рубля, фунт пряников – 10 рублей, баранков – 8 рублей. Для сравнения: за гусака с серд­цем и печенью просили от 43 до 40 рублей, за фунт снет­ков - 8 рублей.
В булочных торговали не только хлебными изделиями. В «Псковском городском листке» за 1888 год опубликовано объ­явление. В нем указан прейску­рант товаров в магазине Шоф­фа: «По примеру прошлых лет, я имею большой набор пасхаль­ных яиц, фарфоровых, стеклян­ных, кокосовых, деревянных, сахарных, шоколадных и других. Предлагаю какао, карамель всех сортов, монпансье принца Оль­денбургского, пастилу, марме­лад. Принимаю заказы на бабы, куличи, пасхи, торты, крендели. Стоимость товара от 10 копеек до 7 рублей».
