Я хочу справедливости
В редакцию «Псковской правды» обратилась псковичка Лариса Иванова. Жуткая история, материнская боль. Желание найти и наказать виновного. Давать какую-то оценку мнению мамы, потерявшей 31-летнего сына, мы не беремся. Мы просто опубликуем это без сокращений и купюр.
Лариса Иванова лишь спустя полгода после смерти сына, наконец, смогла об этом говорить. Она обратилась в газету, чтобы ей помогли доказать, что ее сын умер не своей смертью. Да, Антон иногда выпивал, да, она сама на него жаловалась в полицию. Но, уверяет мама, это не повод списывать все на несчастный случай. Следственные органы в возбуждении уголовного дела отказали, не найдя следов криминала. Но Лариса с этим не согласна:
- В тот день, 19 апреля, мы поссорились. Антон просил у меня денег, я не давала. Мы немного потягались в прихожей, он порвал мне сумочку. Тогда я решила обратиться в полицию. Пусть бы Антона подержали в участке сутки, он бы пришел в себя. Иногда сын злоупотреблял алкоголем. Я сама приехала в Центральный отдел полиции, там меня попросили написать заявление. Мы вернулись домой вместе с участковым. Антона не было, он ушел в аптеку. Когда Антон вернулся, полицейский сгреб его в охапку и увез с собой. Через 40 минут позвонил и сказал: «Приезжайте, забирайте. Он сидит, плачет, ему больно». Я вернулась в участок, при мне с сыном провели воспитательную беседу, на прощание участковый сказал, что обнаружил у Антона феназепам. Меня это удивило, так как Антон никогда его не употреблял. «Покажите мне коробочку», - попросила я. Мне в ответ: «Я его уже выкинул».
По дороге домой сын держался за живот. Я спросила: «Тебя что, били?» Антон ответил: «Мамочка, я не буду ничего говорить, я тебя очень-очень люблю».
Когда мы вернулись домой, я попросила Антона принять душ. На его теле не было ни ссадин, ни кровоподтеков, никаких видимых повреждений. Сын нашел заначку, похмелился и сказал мне: «Все, мама, я буду отходить, ложусь спать». До семи вечера я провела с ним дома, потом мне нужно было отлучиться по делам. Меня не было буквально два часа. Когда я вернулась, дверь была нараспашку. У меня внутри все оборвалось. Антона я нашла забившимся в угол между креслом и диваном, у него были немного разбиты нос и губа. Я заметила следы крови и решила, что у сына пошла носом кровь. Антон храпел, я подумала, что он спит после феназепама.
Я позвала соседа, чтобы он помог мне переодеть Антона (с ним раньше такого не было, но тут он лежал сырой). Пока переодевали, я заметила у него свежий кровавый синяк во все ягодицы, как будто его палкой ударили. Мы его положили на кровать, но под утро я услышала, что у сына изменилось дыхание. Я пощупала Антона, он весь горел огнем. Измерила температуру – 39,6! Врачи со скорой сказали, что сын в коме. Его увезли в областную больницу, там обнаружили черепно-мозговую травму. После компьютерной томографии вышел врач и сказал, чтобы я готовилась к худшему, с такой травмой выживает один из миллиона. У врачей также возникло подозрение, что у Антона разрыв левого купола диафрагмы, но потом это не подтвердилось. Но в любом случае, удар в солнечное сплетение был. Его могли ударить под дых, а потом он упал и ударился головой.
Антона прооперировали – удалили гематому, через несколько часов была вторая операция на животе. Но впоследствии патологоанатом написал, что никаких видимых повреждений ни медицинского, ни иного характера на теле не было. Скорая помощь сообщила в УВД, что в тяжелом состоянии доставлен человек в областную больницу. Но сотрудники полиции приехали через несколько дней после нашего обращения. Врач, которая наблюдала Антона в реанимации, сказала, что его травмы криминальные – его били по голове.
В тот же день Антон умер. Дело передали в Следственный комитет. В заключении судмедэксперта было написано, что Антон упал с высоты собственного роста. На этом основании смерть посчитали не криминальной и уголовное дело возбуждать не стали.
Но ведь у Антона повреждение от виска до затылка! И это видно на снимке. Разве можно получить такую травму просто от падения? Да, за 5 дней до этого Антон зацепился за шнур от холодильника, споткнулся и ударился темечком. Но новую травму он получил в другом месте!
В Следственном комитете не опросили сотрудников УВД, не взяли показания со всех врачей и медсестер, которые занимались Антоном.
Я написала жалобу, но после повторной проверки в Следственном комитете пришли к тем же выводам.
Я разговаривала с соседкой снизу. Она сказала, что в то время, когда я отсутствовала, она слышала сильный грохот, доносившийся из нашей квартиры, и шаги, как будто нескольких человек, одновременно и в комнате, и на кухне. Я считаю, что моего сына убили. Кто-то пришел к нам, когда меня не было, и избил Антона. Может быть, коллекторы, потому что Антон был должен банку. Может быть, кто-то еще. Бездоказательно я никого не могу обвинять. Но мне не дает покоя мысль, что человек, убивший моего сына, ходит по земле и радуется жизни. А вдруг у него будут новые жертвы? Я хочу справедливости.
«Псковская правда» еще раз обратилась в Следственный комитет и попросила поднять материалы этого дела. «За несколько дней до случившегося Антон Иванов прямо на глазах у матери получил черепно-мозговую травму, - сказал старший помощник руководителя Следственного управления Следственного комитета России по Псковской области Антон Доброхотов. - За медицинской помощью он не обращался. Если бы скорую вызвали вовремя, возможно, его бы успели спасти. Проверка установила, что телесных повреждений Антону Иванову никто не наносил».
Из ответа Следственного комитета на жалобу Ларисы Ивановой:
«По результатам судебно-медицинского исследования установлено, что смерть наступила от закрытой черепно-мозговой травмы в виде ушибленной раны в правой теменно-затылочной области, ушиба головного мозга тяжелой степени, кровоизлияния под твердую мозговую оболочку справа с компрессией правого полушария головного мозга, кровоизлияния под мягкие мозговые оболочки. Данный комплекс повреждений имеет характер тупой травмы, образовался в результате падения назад себя и ударе теменно-затылочной области о тупой предмет». Давность травмы - от нескольких часов до двух-трех суток до поступления в больницу… Смерть Иванова наступила от телесных повреждений, полученных в результате самостоятельного падения 19.04.2015 года в квартире».
Автор: Наталья Баранова
