«А что будет, если я усну?» – произнес один из зрителей, тревожно глядя вниз с двухметровой высоты. Это была напрасная тревога. Петербургский режиссер Андрей Трусов поставил спектакль «Королева красоты» по пьесе Мартина МакДонаха таким образом, что уснуть было трудно. Разве что навечно.
Премьерные показы прошли на сцене Псковского академического театра драмы им. А.С. Пушкина. Причем весь вечер на сцене находились не только артисты, но и зрители. Их усадили почти на колени к воображаемому Мартину МакДонаху. Практически перенесли в захолустный Линейн – городок в Конемаре, графство Гэлуэй, Ирландия. Но предварительно предупредили, что в спектакле используется ненормативная лексика. Было даже сказано: «У вас еще есть возможность встать и уйти». – «Нет такой возможности! – донеслось откуда-то сверху. – Долго слезать…»
Одна из героинь спектакля – сорокалетняя Морин Фолан (Карина Облакова) тоже мечтает о том, чтобы встать и уйти. Навсегда. Выбраться из тьмы на свет. Однажды у нее это почти получилось. Она успела поработать уборщицей в английском туалете, так сказать – повращаться в свете. «В Англии всем друг на друга наплевать» и это, в некотором смысле, привлекает. Никто не стоит над душой и не покушается на твою свободу. Но из-за нервного срыва Морин приходится вернуться домой, к диктаторше-мамаше, в жизни которой, если не считать воспаления мочевого пузыря, ничего интересного не происходит. Зато у сверстника Морин Фолан по имени Пато Дули (Алексей Масленников-старший) выход в свет вроде бы удался. Путь Пато лежит через Англию в Америку, в Бостон. Его младший брат Рэй Дули (Алексей Масленников-младший) тоже мечтает убраться куда-нибудь подальше из этой дыры. И только старуха Мэг Фолан (Роман Захаров) выступает в роли заброшенного на дно якоря. Она уперлась и держит свою дочь мертвой хваткой. Из динамика доносится старая запись певицы Дейлы Мэрфи, зовущая в прошлое. Запах смерти приходит раньше, чем сама смерть. Топор, кочерга, горячее масло… Для того чтобы вырваться из ада – пригодится все. Как поет Том Уэйтс: «Отрави всю воду в колодце снов, // развесь пугал по платанам головами вниз, // нажги медовых месяцев // и в наволочку ссыпь золу…» Но и в аду допускается любовь. Пато и Морин ненадолго находят друг друга. Пока вредная старуха, лихо раскатывая на инвалидном кресле, не преграждает им путь. У нее тоже есть право на личное счастье. В доме для престарелых ей делать нечего.
Пьеса МакДонаха о неудачниках, которых полно кругом. И в Ирландии, и в России, и в Америке. Никакой особой ненормативности в ней нет. Зато в спектакле есть крепкая режиссерская рука. С игрой актеров все сложнее. Для псковского театра драмы это обычное явление. Цельной картины пока не получилось. Роман Захаров и особенно Алексей Масленников-старший выглядят предпочтительнее. Говорить о прорыве и успехе еще рано. Тем более, это не поворот в сторону зрителей. Это всего лишь поиск. Успешная попытка выйти за пределы дозволенного. Воплощенное желание поработать с формой, раскрыть актерские таланты, удивить. Мартин МакДонах для этих целей пригоден.
