История Кая и Герды - героев сказки Андерсена «Снежная королева», которой мы все зачитывались с детства, - предстала в новом, философском, осмыслении. Вероятно, автор к тому и стремился, создавая свое произведение в жанре музыкально-философской притчи.
Для него был важен не столько конфликт между силами добра и зла, сколько конфликт нравственный, раскрывающийся в самоотверженной борьбе девочки Герды за мальчика Кая, оказавшегося под властью Снежной королевы и утратившего душевное тепло. Но даже Снежная королева у Баневича заслуживает сочувствия: Герда понимает, как она одинока. И ее отношение передается зрителю.
Важную роль в музыкальной драматургии пьесы играет образ Фонарщика. Это сказочник и поэт, театральный человек, которому предоставлено право разговаривать со зрительным залом, комментируя все происходящее на сцене. Благодаря ему на первый план выступает философский подтекст произведения.
Казалось бы, опера, да еще осложненная философскими элементами - ведь написана «История Кая и Герды», прежде всего, для детей. Но ее глубокий лиризм и ясная жанровая основа помогает воспринимать заложенную в произведении информацию и служит воспитанию чувств. Как вспоминал писатель Константин Паустовский, увлекавшийся в детстве творчеством Андерсена, он не знал, «что в каждой детской сказке заключена вторая, которую в полной мере могут понять только взрослые». Композитор Сергей Баневич никогда не упрощает материал, предлагая юному зрителю пополнить свой духовный багаж тем, что он в состоянии взять. Остальное отложится в подсознании и не пройдет даром.
- Я заметил, - сказал нам автор оперы «История Кая и Герды», - люди после просмотра этого спектакля уходят из зала немножко другими, чуть-чуть становясь лучше, добрее...
Если для Пскова это премьерный спектакль, то в Мариинке, в Санкт-Петербурге, он давался около 150 раз и проходил с неизменным успехом. По признанию композитора, успех за пределами Северной столицы гораздо показательнее - он выявляет истину. Истиной, открывшейся в Пскове, Баневич остался доволен.
Юные псковичи восприняли оперу с восторгом (как, впрочем, и взрослая аудитория). Когда Баневич вышел на сцену, долго не смолкали аплодисменты.
