Лето – горячая пора во всех отношениях. В июле в Островский район приезжали воспитанники клуба «Десантник» из Томской области, а нынче, в августе, мы принимаем сводный поисковый отряд «Долг и Память Югры» из Ханты-Мансийского округа. Всего 44 человека из Мегиона, Нижневартовска, Сургута и прилегающих районов. В прошлом году они приезжали на Псковщину, ходили с нами в поиск, помогали в работе на линии Сталина. Все увиденное, услышанное и передуманное оказало на них такое впечатление, что они решили сделать поездки постоянными. Сам руководитель отряда, Олег Васильевич Рожков, приезжает к нам уже шестой год.
Отдых на любителя
Копать землю в жару, жить в полевых условиях по строгому распорядку дня – такое времяпрепровождение на любителя. Поэтому едут сюда только добровольцы, силком никого не тащат. Понятное дело, что сибиряки приехали сюда не батрачить, и работа у них перемежается экскурсиями в Печоры и Изборск, в Пушкинские Горы, не говоря уже об Острове. 2 августа они побывали в Пскове на праздновании Дня ВДВ (разумеется, на стадионе, а не возле фонтана). Ребятам понравилось.
В будние дни сибиряки работают сами, а в выходные к ним присоединяемся мы, поисковики из Острова и Палкино. Вот и 6 августа наши группы встретились возле сельмага в Дуловке и после непродолжительных приветствий отправились на новое место работы.
Когда-то, шестьдесят семь лет назад, здесь шли ожесточенные бои. 14 января 1944 года грянул Первый Сталинский удар, и вскоре немцы побежали от стен Ленинграда. За месяц наши войска дошли до берегов Чудского озера и предместий Пскова, когда внезапно наше наступление остановилось, упершись в немецкую оборонительную линию «Пантера». Но в ту пору советское командование не знало о ней (предполагалось, что это отдельные опорные пункты немцев). Бои в этих местах являются «белым пятном» в советской историографии, про них сохранилось мало сведений.
Странный бункер
Мы быстро обнаруживаем следы окопов и приступаем к поиску. Пищат металлоискатели, роются шурфы. Кажется, место перспективное. Мы приступаем к работе, и вскоре находим пустую коробку от пулеметных лент, а немного погодя – вторую. Все ясно – это немецкая пулеметная позиция, тем более, что вокруг полно стреляных гильз. В нескольких метрах от этого места мы находим бункер, но очень странный – сверху над ним расположены обычные траншейные перекрытия. Объяснить такую несуразность никто из нас не смог.
Бункер оказался довольно глубоким – почти четыре метра. Во время советских артобстрелов в нем прятались немецкие пулеметчики, а потом выскакивали, чтобы встретить огнем нашу наступающую пехоту. Мы подогнали «вепрь» (вездеход сибиряков) и лебедкой вытащили перекрытия – они поедут в музей на линии Сталина. Но сам бункер не оправдал наши надежды – никаких находок там не оказалось. По всей видимости, когда пришло время, фрицы собрали узелки и пошли на Запад, оставив на позиции лишь две коробки из-под лент. Как бы в подтверждение этой версии, палкинские поисковики обнаружили в речке неподалеку станок от немецкого пулемета. Что же, отрицательный результат – тоже результат. По крайней мере, будем знать, что этот бункер пуст.
Единство
Наставники сибиряков сами работают больше всех – от этого и воспитанникам как-то неловко валять дурака. Сергей Васильевич Кузнецов, школьный учитель из поселка Высокий близ Мегиона, приезжает на Псковщину уже в пятый раз и привозит своих учеников – да, такой преподаватель дурному не научит…
Солнце уже клонилось к закату – пора заканчивать работы. Толпа сибиряков облепила «вепрь» (у него на крыше специальные поручни), и объединенный псковско-сибирский караван отправился в обратный путь. Вид у нас, конечно, впечатляющий, как из фильмов о гражданской войне. Не хватало только портрета Ленина и красного флага.
Что заставляет сибирских ребят (и даже отчасти девушек!) из года в год приезжать сюда, жариться на солнце, работать до седьмого пота, терпеть бытовые неудобства? Наверное, это желание почувствовать себя частью народа. Почувствовать реально, а не фиктивно. Велика Россия: на Чукотке солнце всходит, на Псковщине заходит, но везде живет один народ, даже если говорит на разных языках. Конечно, очень важно найти незахороненные останки советских воинов (а сибиряки уже открыли им счет), но еще важнее то невероятное чувство национального единства, когда рядом работают дети и взрослые из разных концов великой страны. Это никаким трепом не заменишь.
Базовый лагерь
С крыши «вепря» (а это довольно высокая машина) открываются чудесные виды. Особенно когда проезжаем мимо зарослей трехметрового борщевика… Надо сказать, что первое время сибиряков шокировала наша псковская действительность, но они уже привыкли к брошенным деревням и одичавшим полям. Без всяких приключений прибываем в базовый лагерь.
Базовым его называют потому, что часть сибиряков работает на линии Сталина, часть стоит лагерем на Погостище. А здесь, в заброшенных колхозных гаражах, расположен штаб. Сибиряки очистили помещения, выкосили траву, построили полевую столовую, оборудовали умывальники и прочие удобства, и получился лагерь что надо. Даже электричество у них есть – от своего генератора. Хорошее место.
Жалко будет, если сибиряков выгонят отсюда. А такое вполне возможно: сами знаете, пока дома стоят заброшенными и разрушаются, они никому даром не нужны, но стоит обустроить хоть один, как тут же найдется куча хозяев – даже из славного города Лондона.
Татьяна Николаевна Астафьева, председатель Союза поисковых формирований ХМАО-Югры, готовит на костре ужин. Мы рассаживаемся за столы, и пока «пионеры» усердно работают ложками, взрослые ведут разговоры о будущем – как заменить сальники у «вепря», где работать завтра и как сохранить наше единство и нашу дружбу в нынешнем разъединенном мире…
