«Батюшка-друг, не в штате, говорит неполиткорректно, ответит на любые вопросы» – так представил Таскаева известный радиоведущий Андрей Чижов на новом московском радио «Пионер FM». Андрей сидел перед микрофоном, в наушниках, и думал, как же он будет в перерывах между песенками говорить о чем-то вечном и серьезном… Да и вообще, кто звонить-то будет?
«Батюшке-другу» во время первого же эфира пришлось задержаться на час: звонили не переставая. Вопросы – от правил венчания до «Бросил муж, жизнь кончена. Что делать?»… Каждые две недели он едет в Москву на радио, и каждый раз «батюшке-другу» приходится дежурить на телефоне еще пару часов после эфира.
Поворот
Оговорка Чижова «не в штате» означает – был батюшкой, но вышел из духовенства. В прошлом году Андрей Таскаев сделал трудный выбор. У него были пятнадцать лет духовенства, проекты, одобрение церковного начальства, семинары в других городах и странах, приход в церкви Иоанна Богослова, экскурсии с православной тематикой. Если бы он был светским человеком, мог бы с таким багажом избираться в депутаты. А он все оставил ради любви.
– Советовался со старцами, долго говорил с Владыкой. Меня поняли… А что вывели из штата – такие правила.
Нынешний зигзаг – не первый в жизни Таскаева. Второй.
Не готов…
Фото конца семидесятых, обычная советская семья – мама, папа, сын и дочка. Дети ходили в сад, мама работала на заводе «Тиконд», отец – инженер мастерских по ремонту грузовых машин.
– И, раз папа на таком дефицитном месте, машина у вас была неплохая…
– Вообще не было никогда. Отец был чрезмерно правильным советским инженером. Себя называл беспартийным строителем коммунизма. В шутку, конечно. Я, когда стал пионером, потом – командиром комсомольско-пионерского штаба, у него спрашивал: «Пап, чего ты в партию не вступаешь?» Вот он и отшучивался, иронизировал по отношению к моей «партийной линии». Хотя я сам об идеологии и не думал. Для меня пионерия с романтикой была связана. Может, мне с директором и завучем моей школы № 3 повезло, что они на нас не давили?
Возглавив пионерию города Пскова, Андрей Таскаев получил карт-бланш от судьбы. Очень многие пионерско-комсомольские лидеры впоследствии сумели неплохо воспользоваться юношескими связями.
– А я через полгода ушел с этой должности. Меня первое же заседание в Доме пионеров убило. Перед этим мне говорят: ты должен направить подчиненных. Вот тебе протокол собрания, вот выводы. Мы собрались, обсуждаем какие-то дела, естественно, ушли от этого плана далеко… И тут вдруг я вспоминаю: план. Ребята спрашивают – а на фиг? А действительно… Меня потом методист просвещала: «Андрюша, ты не понимаешь. Если командир ведет в бой, то все должны его слушаться». Ну да, все логично, но глупые решения зачем принимать? Я понял, что это не для меня.
«Остапа понесло!»
После восьмого класса Андрей отправился в училище. Дальше – фирма по «модернизации» телевизоров – ставили декодер «пал-секам», чтобы изображение с видеомагнитофона было цветным. Потом поработал в магазине радиодеталей. Но страшно далек оказался от мира радиодеталей…
– А потом у меня возник порыв – искать какой-то смысл… Как позже выяснилось, бабушки по материнской линии были глубоко верующими. Мама меня маленького крестила, против воли отца. Видно, мне что-то на генетическом уровне передалось.
Таскаев крупно рисковал – быть непонятым. В начале 90-х говорили о Цое, развале Союза, пустых магазинных полках, рэкете, «комках» – о чем угодно, только не о философии. А он пошел в библиотеку.
– Перечитал всех философов, которые там были. Друзья испугались: может, тебе еще и филфак потребуется? Мы с ними как ни сядем – не за чаем, естественно, – меня несло как Остапа.
Философия расширяла кругозор, но не давала ответов. Из тупика вывела цитата: «Философия – служанка богословия». Так с какой стати заниматься служанкой, если есть госпожа? Богословие – это что-то религиозное. А значит, нужно идти в семинарию… И в это время, то есть в 1993 году, в Пскове неожиданно открывают Духовное училище.
– Я пришел поступать. Спрашивают: «Молитвы знаешь?» – «Нет». – «В храм ходишь?» – «Нет». – «Библию читал?» – «Нет». – «А чего сюда-то пришел?!» Зато слова о том, что философия – служанка богословия, понравились. В общем, год я готовился и в 1994-м поступил.
Отец этого веления души не понял. Бросать мужскую работу ради рясы? Отношения наладились лишь спустя три года.
История – это живое!
– Перемена ума грандиозная. Другое отношение к миру, к себе, к людям, – говорит Андрей Таскаев об учебе. – И абсолютное спокойствие.
– А старая компания осталась?
– Я очень боялся потерять друзей. Они поначалу даже не знали, где я учусь! Как сейчас помню слова ныне покойного Юры Лазовского, тогда абсолютного безбожника: «Слушай, я зауважал церковь в твоем лице! Она, оказывается, что-то дает».
Еще будучи учеником, Таскаев стал ключарем, то есть завхозом Троицкого собора. Настоятель попросил организовать исторический отдел. История для Таскаева была не ближе, чем радиодетали. Даты, убористый текст в учебнике, как бы не заснуть. Века эти бесконечные.
– Но я против воли, за послушание, взялся за дело. Благодарен Евгению Петровичу Матвееву, в прошлом преподавателю педагогического института, – именно он посоветовал самому ездить в центральные исторические архивы Москвы и Питера, а не запросами ограничиваться. Я стал искать все, что касается истории Троицкого собора. Евгений Петрович был прав – я открыл для себя Историю. Когда читаешь грамоту на древнеславянском, или кириллице, или скорописью написанную, это и опыт языка, и осознание того, что за этим стоят живые люди! Когда я понял, что такое Троицкий собор, Псков в истории России – я был потрясен до слез!
– И что, много белых пятен открылось?
– Очень. Копировал все подряд. К 300-летию нынешнего здания собора в 1999-м открыли первую экспозицию. Тогда, наверное, было примирение историков и духовенства. Тамара Шулакова, Татьяна и Михаил Медниковы, Наталья Дубровская, Владимир Аракчеев, Александр Седунов, Ирина Галицкая, Натан Левин – я безмерно благодарен им за сотрудничество. Они поняли, что в соборе, простите, не идиоты, которые только служить умеют, а люди, которые историю пытаются воскресить для поколений.
А на семинарию – Петербургскую, а потом Московскую – Таскаев потратил целых девять лет. Не потому, что плохо учился, а наоборот – слишком хорошо. Как только понял, что в Петербурге преподавание уходит в философию, перевелся в Москву, несмотря на то, что пришлось «съезжать» на два курса назад.
Впечатления словом
Следующая фишка Таскаева – турбюро для паломников.
– А все потому, что я такого наслушался в кремле! Питер на наших кадрах экономит, везет своих экскурсоводов. А они рассказывают такой ужас! «Троицкому собору – 300 лет. И вообще Псков – такой же древний, как Петербург», «Кресты на куполах собора поставили только в 1988 году». Бред!
Увлечение историей перешло из количества в качество – перелопатив за несколько лет уникальный материал, Таскаев сам начал водить экскурсии. Сначала знакомые попросили, потом – знакомые знакомых, силовые структуры, мэрия, так и пошло. В чем прелесть? Просто, но не примитивно, ярко, интересно, живо. Любовь Слиска после экскурсии сказала: «Подарю диктофон, присылайте мне записи, выпущу книгу на свои средства».
– Я ответил, что сам запишу и все переправлю. Но как-то не сложилось. А книгу я издал, о Троицком соборе и жизни города, там мои экскурсии.
Про пятницу, 13-е и Охлобыстина
Паломническая служба «Вертоград» при Иоанно-Богословском храме, настоятелем которого он был, возникла в 2004-м. Через год Таскаев пригласил коллег из регионов в Псков. Проект заработал, паломники поехали – чего-то нового захотелось. Возникли пресс-служба и сайт Псковской епархии.
– Коллеги не укоряли: слишком по-мирски себя ведешь?
– Мы спрашивали об этом у нынешнего главы Синодального отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерея Всеволода Чаплина на журналистском семинаре. Он ответил, что священнослужение – это миссионерство, проповедь и не только с амвона. И я понял, что все правильно делаю. Хотя всякое бывало. У меня раз журналистка брала интервью про пятницу, 13-е. Я ей: «Это суеверие, пятница – замечательный день для христианина, как и число 13…» Целую лекцию прочитал. Она: «Но все же почему такое сочетание – пятница, 13-е? Не суббота, не 12?» Я говорю: «Ну не знаю! Ну может иудеи специально придумали, чтобы поиздеваться над православными святынями!» Вышел заголовок: «Священник Андрей Таксаев утверждает: пятницу, 13 придумали иудейские первосвященники!» Друг звонит: «Андрей, срочно манатки в руки и прячься, пока не побили!»
Издержки производства не повлияли на отношения с журналистами. Таскаев договорился с православным журналом «Фома», и в Псков стали приезжать друзья журнала, известные люди. С православной миссией, разумеется. Первым был Андрей Чижов с «Русского радио». Потом – Борис Корчевников, звезда сериала «Кадетство». Следующим пригласили Ивана Охлобыстина. И вот тут Таскаеву пришлось выслушать все, что думают об Охлобыстине, а заодно и о нем самом собратья.
– Я Охлобыстина до этого не знал вообще. Но я в него влюбился! Он потрясающе общался. Мы с ним так здорово подружились. У нас одни мысли, в одном направлении работают. Он через светскость, через фильмы, книги, параллели из обычной жизни так выводил в православие – я был потрясен. Но он начитаннее, эрудированнее. Он называл авторов и книги, которые читают пятеро его детей. А я вообще ничего такого не читал… А зал откликался с готовностью. Он потом спросил меня: «Я не слишком светский был?» Но ведь с мирскими людьми надо начинать разговаривать на мирском языке…
«Давайте про общественное!»
– О личном я много не хочу говорить…
А получилось так – священник влюбился. До возложения сана женитьба возможна, в сане нет. Или отказывайся от любви, смирись и служи, или уходи из церкви. Он выбрал второе.
– Теперь я не имею права совершать богослужения. Ушел, создал турагентство. Мысль – продолжить православно-краеведческое движение. Конкретно – молодежное краеведение. Ну как молодежное – сообщество 20-40-летних краеведов, историков, искусствоведов. Старшее крыло – Медников, Левин. Среднее – Седунов, Аракчеев, Шулакова. Младшее – это студенчество, желающее заниматься историей города. Хочется, чтобы краеведение было практическим. Экскурсии бесплатные хоть раз в месяц для всех желающих проводить.
А еще Андрей Таскаев – один из организаторов фестиваля «Хельга» в Выбутах во главе с клубом исторической реставрации «Труворов Крест».
– … Это здорово – показать, как Ольга жила, что ела, какую одежду носила. А как ткали, ковали… Ведь люди были кочевниками. А кузницу с собой не повезешь!
– И как ковали?
– В земле. Приедете через год – увидите.
Еще – передача на радио «Пионер FM»,
– Каждые две недели я в эфире радио, и каждый раз остаюсь после эфира еще на два часа – звонят не переставая. Теперь на сайте радио вопросы задают. «У меня двое детей, я беременна, муж ушел, иду на аборт. Знаю, что это плохо…» Полчаса с ней говорил, не мог трубку положить. Каждый звонок – это боль.
Он в джинсах и футболке, но борода и волосы в хвост – из той жизни. Внутренний стержень – тоже. И слова – их мог бы сказать и деревенский батюшка, и самый что ни на есть мирской человек:
– Добро к добру тянется. Будьте добрее…
– У детей можно многому научиться. Например, дети никогда не обижаются. Наказал – через пять минут злость прошла. А взрослые? Оскорбили – неделю будешь помнить, если не полгода. Еще и отомстишь.
К фото
«Семейный портрет»
– В первом ряду – племяш, а также с племянницей на руках сестра Татьяна. Позже родились еще двое племяшей. В третьем ряду справа – муж Татьяны Игорь. Я – в центре этого ряда. И наша с Таней архангельская родня по отцу.
С женой
Жена Юлия имеет высшее филологическое образование, ведет курсы по изучению английского в образовательном лингвистическом центре.
Хельга
На фестивале «Хельга» с одним из организаторов Максимом Евтихеевым.
