Мы, ныне живущее поколение, представить себе не можем, что такое война, но она находится в нас почти на генном уровне. Мы не хотим войны и это не пафос! Это голос наших предков звучит в нас.
А война была! Люди так же мирно жили, работали, думали о будущем… Моему отцу, Петру Григорьевичу Филимонову, было тогда 17 лет, он только закончил ФЗО и собирался в армию…
Папа был на войне рядовым солдатом-связистом. Воевал в Карелии, на Ленинградском фронте. Был ранен в голову, остался жив, но эта рана потом долго давала о себе знать головными болями.
Награды не сыпались ему, он выполнял обычную военную службу. Если во время боя случался обрыв на линии, приходилось ползти под пулями и восстанавливать связь.
21 год исполнился отцу, когда закончилась война. Он остался восстанавливать разрушенное, недалеко от тех мест, где воевал, потому что некуда было возвращаться, никого из родных не осталось в живых…
В 1948 году в Эстонии на станции Сонда мои родители познакомились друг с другом, а вскоре поженились и прожили вместе 51 год. Через два года родители перебрались в Псков, и началась тяжелая послевоенная жизнь. Сами строили дом на Запсковье, да, впрочем, и другие жители города тоже находились не в лучших условиях. Папа пошел работать на завод «Выдвиженец» (впоследствии завод «Псковхимлегмаш») и проработал на нем честно 33 года фрезеровщиком, отдав остатки своего здоровья, потому что в цехах зимой было очень холодно.
40 лет спустя после войны награда орден Отечественной Войны II степени, нашла моего отца, Филимонова Петра Григорьевича, ветерана ВОВ, инвалида I группы. С этой наградой дорогого папочку и похоронили в 1999 году, потому что не успел он при жизни погордиться ею.
В 1963 году папа написал стихотворение, почти о нем самом.
Перрон на стареньком вокзале
Стонал от кирзовых сапог,
И губы бледные шептали –
«Храни Вас бог, храни Вас бог».
А он мальчишка синеглазый
Стоял от гордости хмельной,
Всего одну лишь молвил фразу –
«Ну, хватит мать, иди домой».
Поцеловал неловко как-то
И вдруг добавил, взяв рюкзак –
«Вернусь с войны, пойду на трактор,
А то какой же я казак».
А мать, чуть сгорбившись, стояла,
Пуховый комкала платок
И тихо-тихо повторяла –
«Побереги себя, сынок».
Война его не пощадила,
И хутор тот не знаменит,
Но есть там в рощице могила,
Где он мальчишечка лежит.
И там я слышал ненароком,
Когда вокруг все мирно спит,
О чем-то вечном и высоком
Сосна с сосною говорит.
Стихотворение было убрано, и никто в нашей семье не знал о том, что папа вечерами писал что-то для себя. Когда папочке в 1994 году исполнялось 70 лет, я посвятила ему поздравление-рассказ в стихотворной форме о его нелегкой судьбе. И только в прошлом году, уже после смерти папы, я нашла среди бумаг его стихотворение. Сравнила – строчки похожи! Только его стихотворение заканчивается трагически. Наверное, потому, что воспоминания о войне никогда не покидали и были самой черной полосой в его жизни, как и в жизни людей, которые пережили войну.
С уважением и памятью о родителях, дочь Нина Петровна Кобко.
К фото
Май 1944 года, Эстония, пограничный отряд. Петр Филимонов (сидит) с боевыми товарищами.
