Здесь красноармейская и орденская книжки, несколько удостоверений к наградам, старая фотография.
Он был приметный, орден Красной Звезды с отколотой эмалью на одном из лучей. Результат попадания то ли осколка, то ли пули дед и сам не знал. Уже после войны мальчишки любили пощеголять друг перед другом отцовскими наградами. И в Агафонове, недалеко от Карамышево, пацаны нацепляли на себя ордена и медали. Так мой отец где-то за деревней «посеял» дедовский орден. Сохранилась запись от 8 сентября 1944 года с номером ордена, а также медали «За боевые заслуги», полученной в мае 45-го, которая тоже куда-то затерялась.
В ряды Красной Армии Иван Громов был призван в 1938-м, в двадцать один год. Попал в 35-ю танковую бригаду, потом был приписан авиамехаником в 17-й истребительный авиаполк. Войну встретил на западных границах страны. Юго-Западный фронт, Брянский, Воронежский, Белорусский, 1-й и 2-й Прибалтийские.
В августе 42-го отправлен в штрафбат, где воевал до начала 43-го. История, каких, наверное, было немало. Не довели с товарищем пленного до штаба. Оказался тот то ли финном, то ли прибалтом, не разобрали. А вот то, что вся рука от запястья до плеча увешана наручными часами, увидели... В книжке красноармейца значится 269-й пулеметный батальон. Об этом времени дед рассказывал мало. Дважды был в рукопашном бою. И сколько ни приставали к нему с расспросами, на все был ответ: «Не помню, как было».
Про то, как орден заслужил, рассказывал подробнее. Два 34-х танка сопровождала мотопехота – четыре машины «Додж» с пулеметом «Максим» на крыше. В машине – дед-водитель и стрелок. Вырвались вперед, на горку. А внизу – немцы, примерно батальон, человек 400-500. Выгодная позиция плюс внезапность. Сверху накрыли огнем так, что от батальона почти ничего не осталось.
Об участии деда в обороне Киева, взятии Кенигсберга, о войне с Японией знаем по удостоверениям к медалям. Из нынешнего Калининграда эшелоном, как многие, был отправлен на Восток, где участвовал в боях в Маньчжурии.
Самым удивительным остается везение или иная какая-то сила, которая охраняла гвардии старшего сержанта Ивана Громова все армейские годы. С 1938-го, когда он освобождал Западную Украину, и по 45-й, включая Японскую войну, у него не было ни одного ранения, даже в штрафбате. Дважды смерть прошла близко, отколов эмаль с луча ордена Красной Звезды и засыпав землей от близкого взрыва. Когда товарищи откопали, оказалось, что боец Громов хоть и контужен, но жив и даже не ранен.
Автор: Людмила Кухтинова
