У Людмилы Дмитриевны и Василия Петровича Фирсовых никогда не было общей фотографии. Шестьдесят лет вместе прожили, а снимка такого, чтобы голова к голове, ни разу не сделали!
– Примета такая, чтобы долгая жизнь вместе была. Мне еще прабабушка моя наказывала. Вот потому уже шестьдесят лет вместе и отметили.
Первое исключение из этого правила случилось только 10 лет назад, на золотую свадьбу. Тогда отметили пышно, во Дворце бракосочетаний, с гостями и цветами – как молодые!
Рябиновые шпильки
А ведь молодость, кажется, только недавно была. Во всяком случае, Людмила Дмитриевна день первой встречи с будущим мужем помнит, как будто это произошло вчера, а не 11 сентября 1947 года.
– Я сама из деревни Березица Струго-Красненского района, Василий – из Пензенской области. Его на Северо-Запад военная служба привела. Мы познакомились на плодоовощном складе в Стругах-Красных. Мы, девчонки, грузили овощи в машины, а военные их увозили.
И вот представьте картину – худенькая русоволосая 17-летняя девчушка согнулась в три погибели под тяжестью громадной корзины картошки… Водитель военного трехтонника не выдержал: «Давай помогу!» Так за Людмилу всю работу и сделал.
– Тут меня домой позвали, на свадьбу двоюродной сестры. Василий вызвался в деревню отвезти. Мы пошли на свадьбу, а Вася в машине остался. А куда его? Сели мы за стол, а родственница моей маме и говорит: «Чего зять-то в машине сидит? Идите, позовите!» Так у нас встречи и пошли.
Василий служил в Ленинграде, но в любой свободный день мчался к любимой в Струги. Говорит, Люда сразу в сердце запала.
– А я его за машину полюбила, – смеется супруга. – Мне машина очень нравилась. Заготовки возили – я всегда в кабине сидела, погулять надо – на машинке едем.
Самый дорогой подарок, который жених в очередной свой визит привез из Ленинграда –хозяйственное мыло. Косы-то у девушек длинные, а мылись после войны только золой, больше нечем. «Как золой?» – ахнул, узнав, Василий. И привез два кусочка жуткого дефицита.
– А коса у меня была вокруг головы, и вместо шпилек проволочки. Так, помню, он мне в подарок красивые шпильки рябинового цвета, с завитками.
«Марфута!»
Осенью познакомились, а следующей весной, 5 апреля, Василий демобилизовался. Долг Родине отдал сполна – на фронте танкистом, потом три послевоенных года в армии. Так что отныне – только мирная жизнь! Ее начало отметили свадьбой. Прямо через два дня после дембеля, 7 апреля, и расписались. Накануне Людмилин отец, глянув на почти уже мужа и жену, подначил: «Чего врозь спать будете, ложитесь вместе!» Людмила строго стрельнула глазами: «Да ни за что! А вдруг сбежит утром?»
Ей 18, ему 24 – жить и радоваться. Они и радовались. Через неделю после свадьбы пустились в путь – в Пензенскую область, к родителям Василия. То-то радости было в пензенском селе на триста домов: Вася с войны вернулся, да еще и с красавицей-женой!
– Вам не страшно было все бросить и уехать от мамы-папы так далеко?
– Нет, как-то я не думала об этом. Еще и потому, что терять было нечего. Ну что я в колхозе видела. С 44-го года как работали – с утра идем в район за зерном. 12 километров обратно идем с мешками на спинах. Девчонкам по 16 килограммов мешок, парням – по 20. С обеда на себе пашню вспашем. А разгружать машину зерна? Особенно страшно, когда лен семечкой. Нас предупреждали, чтобы по трапу осторожнее с мешками шли: «Только не свалитесь в грузовик, иначе семечко затянет, утонешь быстрее, чем в воде». А за что работали? Три копейки трудодень! А с солнца до солнца трудились. Так что я с легким сердцем уехала. Всю дорогу в поезде проспала.
В 53-м семья вернулась на родину Людмилы Дмитриевны, да так тут и остались. Хозяйка домашнего очага устроилась на железную дорогу, глава семьи возглавил колхозную бригаду. А в Псков только в семидесятые годы переехали.
Жили трудно, особых бытовых радостей не было. Как копили и купили наконец корову – до сих пор помнят. Потом так же, урезая расходы, на телевизор наскребли. Но больше вспоминают семейные беседы. Скучно вдвоем им не было, все дела обсуждали вместе, каждую копейку друг друга знали.
Ну а характерами притираться не пришлось. Василий Петрович разумно поступал, конфликты не разжигал, голос не повышал. Самое ругательное слово, адресованное жене: «Марфута». Это значит, обиделся человек. Если что Людмиле не так – он в перепалку ввязываться не будет, лучше согласится. Раз не понравилось ей, как муж забор починил. Доски снова отломала, а муж все беспрекословно переделал. Теперь вы понимаете, в чем секрет семейного счастья?
Дети Фаина и Александр, внуки, правнуки – хоть в Петербурге живут, а всегда рядом: телефон не умолкает, приезжают частенько. А тут самим Фирсовым предстоит великий переезд – на дачу, на целых полгода. У четы большое огородное хозяйство. Людмила Дмитриевна дачными делами заправляет так, что потом всю зиму свою картошку и морковку едят. А цветов сколько! Одни роз – тридцать кустов.
Сейчас для дачных цветов рановато. А для бриллиантовых – в самый раз. 7 апреля супруги отметили 60-летний юбилей совместной жизни. Букет праздничный еще в центре стола красуется. Но семейный праздник по поводу даты решили перенести на середину мая. Всю родню и друзей соберут!
Богатство бриллиантовых молодоженов – двое детей, трое внуков, пять правнуков.
Кстати
В прошлом году в области сыграли 5555 свадеб. Развелись 3326 пар. Родились в регионе 7290 малышей.
