Досье «ПП»
Дмитрий Коновалов – ведущий программы «Вести-Псков» на канале «Россия 1». Выпускник школы журналистики «Интерньюс», обладатель премии Ассоциации СМИ Псковской области как лучший телеведущий. Обладатель 1-го дана по айкидо. Жена Юля – сотрудник турагентства. Сыну Диме 2 года.
Однотонную кухонную мебель в квартире Коноваловых освежила уверенная рука мастера – на оранжевых панелях широкая линия четких карандашных штрихов, как раз на размах руки двухлетнего Дмитрия-младшего.
– Кухню так и покупали, чтобы можно было на ней рисовать?
– Если внимательным взглядом окинуть другие помещения, то можно убедиться, что всю квартиру покупали такой, чтобы в ней можно было рисовать, – кивает Дмитрий-старший. – Сходи-сходи в комнату.
Да белокурый ангелочек – просто дизайнер! На расстоянии метра от пола по всему периметру квартиры – ровный «бордюрчик» из карандашных штрихов. Благо обои родители поклеили правильные, белые.
– Мы решили, что чем ходить все время сзади и хлопать по ладошкам, лучше позволить, – улыбается мама Юля.
А вот тут и папа, кстати, руку с карандашом к кухне приложил. Вон какого солидного дядю в шляпе изобразил.
– Это как будто бы наш сосед, – поясняют родители. – Мы Диме показывали портрет и говорили: дядя расстроится, если громко стучать по полу.
Но это не пугалка, а воспитательный процесс. Бабок-ежек и прочих ужасов, которыми стращают детей ради послушания, тут не водится. Может, потому, что Дима-старший видит в Диме-младшем себя маленького? А себя-то, скажите, зачем пугать?
– Да, забавно в медицинской карточке читать: «Дмитрий Коновалов, 2008 год рождения», – говорит он, старший.
– Когда я на работе начинаю рассказывать: «Дима сегодня…», меня сразу просят уточнить, какой Дима, – говорит Юля.
Кто такой Дима?
А ведь были времена, когда не только Димы-младшего не было в проекте, но и Юли – в Димином окружении.
– Я был студентом истфака, Юля училась на филфаке. Пересеклись мы в период одной из многочисленных предвыборных кампаний. Все наши сверстники, по-моему, участвовали в листовко-газетно-складской деятельности во время выборов. Мы с Юлей попали в пару – не помню, почему, наверное, была такая политтехнология, когда мальчик и девочка звонят по квартирам и приглашают на выборы. Вот мы и ходили от имени Бориса Немцова.
– Районы нам попадались исключительно окраинные – Любятово, Лепеши, Череха, – вспоминает Юля.
– И люди разные попадались, не всегда доброжелательные. Но, кстати, на Масленицу нам как-то раз блинов перепало. И мы с этими блинами забрались на крышу девятиэтажки на Лепешинского. Чудесные впечатления остались – солнце, интересная девушка, кушаем блины, обсуждаем какие-то политические вопросы… Вот так все и было.
– Руку и сердце дочери у родителей просил?
– Да, и очень волновался. Приехал в Остров, где живет ее папа Александр Васильевич. Встретились, он ничуть не удивился, а я-то нервничал: «Я пришел просить руки вашей дочери». Он мне: «Да без проблем, ты проходи», – и на другую тему переводит разговор. Я опять официальным стилем…
– К тому времени папа уже знал Диму и, видимо, давно все для себя решил, – говорит Юля. – А поначалу очень переживал: «Почему ты не приедешь на выходные? Кто такой Дима? С четвертого курса? Но ты же только на первом! И неужели на его четвертом курсе девушек мало?»
– Нам с Юлиным папой не нужно было как-то специально искать точки соприкосновения. Он военный, и я рос в семье военного. Я в институте философские книжки читал, а Юлин папа, будучи выпускником военного политического училища, все это знал наизусть.
– Челника, квюква, – в это время перечисляет ассортимент домашних компотиков сын. За дары природы в холодильнике «отвечает» как раз Юлин папа, заядлый ягодник, грибник, рыбак и охотник.
Династия
Родители Дмитрия-старшего – коренные псковичи, но военная служба отца начертила маршрут переездов на карте страны. Забайкалье, Киев, а последние полтора десятка лет – Саратовская область и Балашовское высшее военное авиационное училище, которое заканчивали чуть ли не все летчики в Крестах.
– Отец, полковник ВВС – преподаватель, возглавлял кафедру боевого применения авиационного вооружения. Учил летчиков, как стрелять и бомбы бросать, и при этом попадать. Он любит рассказывать на 23 февраля про свою научную работу – отец был одним из разработчиков системы, при которой пилот поворачивает шлем и пушка поворачивается в том же направлении.
Кстати, дед Димы Николай Иванович Коновалов – тоже военный, в Великую Отечественную попал в ВДВ, участвовал в параде 1945 года, потом служил в КГБ. В книге, которую пару лет назад издало ведомство, на одной странице – фото деда, на другой – такой снимок: внук с микрофоном берет интервью у начальника ФСБ по Псковской области Георгия Драчева.
Было бы логично предположить, что внук продолжит династию. А он поступил в педагогический институт.
– Причем родители-то остались в Балашове, и я, приехав в Псков, стал жить у деда. А у него все строго: в 22.00 – отбой. Нет, Дима, тебя дома – ну что ж, до завтра. Я шучу, конечно. Но опоздания не приветствовались. А я как раз начал заниматься айкидо, были вечерние тренировки, и я все время пребывал в тревожном состоянии: успею ли к часу икс?
Узнают? Еще как!
Второкурсника Дмитрия Коновалова в журналистику вовлек товарищ, который занимался разработкой сайтов. В 2000 году для продвижения своего бизнеса он решил создать некое подобие новостной ленты, а-ля молодежное обозрение. «Ты пишешь, мы выкладываем в Интернете. Вот тебе цифровой фотоаппарат, будешь еще и фотографировать».
– Я тогда впервые цифровик увидел… Что Дима хочет? – переключается папа на сына, который тоже впервые увидел одну техническую штуковину на столе. – Димончик, это диктофон, детям не игрушка, как спички. Ну так вот, я ходил по мероприятиям, писал какие-то тексты. Называлось все это «Окно. Псков. Ru», или как-то так. А потом, после небольшого опыта внештатной работы в псковских газетах, пришел на псковское телевидение, на ГТРК. Ну а кем закрыть врезки прямого эфира, как не молодыми сотрудниками? Помню, как отпрашивался в институте с пар на работу… Мне все было в новинку, все нравилось.
– Ведущий – лицо новостной программы. Это лицо часто узнают на улице?
– В самых неподходящих местах, – иронизирует Юля. – В бане, например.
– Ну почему, недавно мы с младенчиком ходили в эколого-биологический центр, и нас бесплатно пропустили посмотреть на красноухих черепах, – находит плюсы в известности Дмитрий. – И мы смотрели черепах без сорока рублей. Бывает, в автобусе спросят: «А это ты новости ведешь? А то я с женой поспорил, ты это или не ты?» Однажды мы делали программу про баню с известным в Пскове человеком, Сергеем Кулдиным, он раньше в Вольном институте преподавал. Мы сидели в холодной парилке, потому что в парной камера не стала бы работать, имитировали, что наслаждаемся жаром, и рассуждали про историю и философию бани: леший, границы миров, мифы… После выхода в эфир на остановке подошел ко мне человек и долго рассказывал, какая хорошая получилась передача и как он баню обожает. Приятно. Я бы и сейчас с удовольствием съездил в какую-нибудь веселую тьму-таракань и сделал сюжет о чудесной бабульке-вышивальщице, к примеру. Но реально на съемки сейчас выезжаю очень редко. Чаще всего график не подходит для поездок. Да и в трудовой у меня написано: «Ведущий».
– С какими чудесными людьми познакомила тебя профессия?
– Один из них – Валерий Сапего из Себежа. Он потерял зрение уже во взрослом возрасте, и ему было настолько плохо, что руки хотел на себя наложить. Но в итоге на одной только силе воли он сделал невозможное – научился жить заново. При нас абсолютно слепой человек циркулярной пилой доски распиливал, дрова рубил. Он очень меня впечатлил.
Да и сама профессия, признается Дмитрий, впечатляет.
– Для меня телевидение – это возможность сделать маленькое кино. Пусть провинциальное, но – кино, по большим законам.
Изнанку документального кино и тележурналистики ему помогла прочувствовать школа журналистики «Интерньюс». Чтобы попасть в ряды учеников, нужно было пройти конкурс – жюри отбирало присланные со всей страны журналистские материалы.
– Месяц в Москве, глубокое погружение в профессию: мы были корреспондентами, операторами, монтажерами, осветителями. Горжусь тем, что я выпускник этой школы. А на курсах ВГТРК мы встречались с успешными телеперсонами – Ситтель, Киселевым, Дибровым, Вульфом. Стопроцентный профессионализм и харизма – это про них. А детали… Когда у Мамонтова спросили, что он думает о технике речи, он ответил: «Ведущий либо цепляет, либо нет. А техника речи – дело десятое».
Акушерки похвалили!
При всей своей преданности профессии он однажды… ушел в отпуск по уходу за ребенком!
– Ну, потому, что Юля после года сидения дома с ребенком стала звереть и на людей бросаться. В турфирме, где она трудится, сезон начался, сотрудники не помешали бы. А мне было интересно вспомнить ощущение каникул. Несколько месяцев занимался только младенчиком.
– Ну и как, понял, до чего тяжела женская доля домохозяйки?
– Да легенды все это! Что тут тяжелого? «Попробовал бы ты посидеть с ребенком!» – ну посидел, и ничего такого. Кормил, гулял. Спорт, естественно, не бросал, вечерами на тренировки ходил.
– А для всей семьи готовил?
– Была такая договоренность – иду на айкидо, если есть ужин. То есть был стимул готовкой заниматься. О, а столько художественных фильмов я не смотрел никогда! Наш Дима спит днем по три часа, и это время было полностью моим!
Может, и правда взаимопонимание с малышом крепче, если папа присутствовал на родах?
– Да, я был! Нас с Юлей одели в специальные такие халаты, привели в отдельную палату, нам так весело, мы фотографируемся, а потом начались схватки! Я же не знал, что это такое! Никогда жену не видел в таком состоянии. Конечно, старался выполнять советы врачей, помогал, как мог.
– Потом акушерки похвалили: «Какой у вас муж хороший», – улыбается Юля.
– И тут она мне говорит, что, кажется, ей пора рожать, а я выбегаю в коридор – и никого! Кричу срывающимся голосом: «Мы тут рожаем!» Понятно, что у них по пятнадцать человек в день рожает… Короче говоря, у меня был сильнейший стресс. И вот все произошло, мне показывают мальчика, а я особо ничего не понимаю. Вышел в коридор задумчивый, водички попил. И тогда вот поплакал. Такие ощущения…
Теперь понятно, почему на вопрос о какой-нибудь столичной карьере Дмитрий говорит:
– Федеральный канал – это здорово, но сейчас я уже об этом не думаю. Для меня гораздо важнее семья…
– Учебник по химии я потерял в шестом классе. Но как-то сложно мне было попросить новый учебник, возникли бы вопросы. Поэтому с химией у меня так и не срослось. Когда знал, что меня должны вызвать, заранее на доке иголочкой домашнее задание и всякие формулы нацарапывал, а потом срисовывал.
Любимая игра двухлетнего Димы Коновалова – «Догоню» (правила понятны, да?). Но и книжки, и краски в почете. А также штангенциркуль из детской коллекции инструментов. Впрочем, младенчик, утверждает папа, предпочитает поддельным инструментам настоящие.
В айкидо Дмитрия привел родственник, травматолог Николай Рябков. Спортивный стаж телеведущего – около 10 лет.
