1 октября я вложила в конверт нарисованную улыбку и отправила горячий привет по четырем адресам — в Псков, на соседнюю улицу, в Великие Луки, в Санкт-Петербург и в Москву.
— Спасибо! — раздалось на следующий день из телефонной трубки. Приятельница из соседнего двора оценила шутку юмора. Записываем: из Пскова в Псков конвертик идет всего сутки. А контрольный срок, о котором нам сообщили в региональном филиале «Почты России» — вдвое больше.
В Великолукский единый расчетно-кассовый центр моя улыбка добралась только 6 октября. Сотрудницы центра даже собирались прислать обратно конверт со штемпелем, но пока оно дойдет в Псков… Итак, путь послания из одного конца области в другой занял пять дней, включая, впрочем, выходные. По правилам, путь послания должен занимать два дня.
В тот же день, то есть 6 октября вечером, позвонил папа из Питера. Я забыла его предупредить, что вместо подробного письма он получит письмо неподробное — с компьютерной рожицей, имеющей крайне отдаленное сходство с его родственниками.
— Что-то я не понял… — вместо «здрасти» начал он. — Это что за картинка?
Итак, ушло письмо в город на Неве в четверг, пришло во вторник. Пять дней. Контрольный срок на сутки меньше.
И на сладкое — столичные вести. В Москву корреспонденция добралась в среду, 7 октября. То есть, за шесть суток. Тютелька в тютельку, как предписано нормативами.
