«Да ты не торопись отказываться, - попросили Бессонова. - Хоть Печоры напоследок посмотри». Приехали в Печоры - ахнул гость, увидев монастырь. Изборскими родниками умылся, лебедей покормил. И уехал в Кишинев, чтобы перевезти в Псков всю семью: жену Людмилу и двух дочерей, Вику и Юлю. Так что с 1990 года они - псковские.
Папа добрый!
Бессоновы-старшие живут на краю Пскова, на самом дальнем Завеличье. В окнах - простор, свежемолотый кофе - ароматнейший, в соседней комнате волнистый попугайчик бормочет себе что-то свое, за долгую птичью тринадцатилетнюю жизнь передуманное. И мы начинаем разговор.
- Мы недавно были в Москве, навещали младшую дочь Юлю и ее семью, - делятся последними известиями Бессоновы. - Они не очень давно туда переехали. Как мы по ним скучаем! Старшая внучка Аня в Москве в девятый класс пошла, младшая Даша - в четвертый. Сейчас они все в учебе. У Ани четверок больше появилось, так у нее даже в «аську» выйти нет времени! А Даша - художница у нас растет.
Над кухонным столом Дашина «фруктовая» работа.
- Мы считаем, что это мой портрет, - смеется дедушка. - Вон автопортрет, правда, похоже?
А ведь правда! Талант!
- И как все творческие натуры, Даша не терпит порядка, - качает головой Людмила Викторовна. - Вот маме заботы с утра до вечера. Пять минут - и комнату не узнать, и никакие увещевания не действуют!
- Девка с характером, - в голосе Владимира Ивановича нотки гордости проскальзывают. - И меня отругать может! Как-то они с Женькой, младшим внуком, Викиным сыном, скооперировались и давай меня ругать! А дочки (помню, мы еще в Кишиневе жили) приходят к нам в комнату со своими игрушками: «А мы тут тоже живем! Имеем право!»
- И?
- Ну а что? Имеют.
- Я так понимаю, папа добрый, а воспитывала детей мама.
- Конечно, - кивает Людмила Викторовна. - Папа же «на фронте».
Тили-тили-тесто
До Пскова у Бессоновых был Кишинев, а до Кишинева - Новосибирск. Людмила и Владимир, студенты разных факультетов Новосибирского строительного института, друг о друге не знали - мало ли студентов в вузе. Хотя...
- У меня друг был, Боря Храбрых, - говорит глава семьи, - и мы с ним на втором этаже института долго трудились над монументальной композицией из пенобетонных блоков - воинам, выпускникам вуза, погибшим в годы войны. Вырубали топорами мужиков с автоматами. Нам главное было, что это заказ военной кафедры, и пока все целый день строевой подготовкой занимались, мы спокойно дело делали. И Людмила говорит, что нас тогда запомнила, с большими топорами... Интересно, убрали наше панно или нет? А мне, кстати, по военке все равно экзамен пришлось сдавать...
А познакомились Людмила и Владимир на практике... в Москве. Наиболее перспективных будущих архитекторов после четвертого курса в столицу из Новосибирска в порядке вещей посылали. А вот Люда с подружкой, студентки факультета промышленного и гражданского строительства, оказались в первопрестольной в виде исключения. Практику новосибирцы проходили в одном институте.
- Мы там все объездили, - улыбается Людмила Викторовна, - все монастыри, все Подмосковье, практически без денег! Как-то возвращались из Владимира, финансов было только на два билета до Москвы. Мы еще наелись там в Приказных палатах до отвала, думали: точно три дня есть не будем. А через каких-то пару часов чувствуем - есть хотим до невозможности, а денег нет! Пришлось один билет «проесть». Конечно, контролеры нас застукали, номер студенческого переписали, потом в институт письмо пришло о нашем нарушении.
- Через несколько недель мы возненавидели москвичей, и практика нам так надоела, - продолжает Владимир Бессонов, - что мы стали искать пути отступления. Кадровичка вуза посоветовала нам: пойдите, мол, к директору института и скажите, что у вас заявление в загс подано, день свадьбы грядет. Мы в паспортах написали карандашом дату воображаемой регистрации, да еще «ДБ» - Дворец бракосочетаний. Как будто у нас на это время свадьба назначена. Руководитель практики нас поздравил и отпустил с миром.
Приехали «жених и невеста» в Новосибирск - и на год расстались. Через год - распределение грядет. «Давай поженимся?» - предложил он. - «Давай». Свадьба была громкая. Из Москвы пришла телеграмма с подтекстом: «С долгожданным браком!»
- А как восприняли свадьбу ваши родители?
- На свадьбе наши мамы и встретились, - рассказывает Владимир Бессонов. - У Люды-то мама с высшим образованием, доктор, а моя даже расписываться грамотно не умела. Ее семнадцатилетней девушкой отец присмотрел, забрал, и какая тут учеба? Причем батя жил в соседнем с мамой селе под названием Баклуши, да еще и Доволенского района. Про наших говорили: бьют баклуши и всем довольны.
Футбольный год
- Очень модно было в военные и медицинские институты поступать, - дает характеристику времени сорокалетней давности Бессонов.
- А в архитекторы?
- Я вообще не знал, что это такое! У нас в школе был драмкружок.
- А кто вел? - не выдерживает супруга. - Питерские! Эвакуированные в войну!
- Причем театр у нас был и преподавательский, и ученический, - продолжает глава семьи. - Мы, помню, «Золушку» классом ставили. Я играл короля. Штаны до колен, кружавчики, в карманах пряники для шута. Мы с этим спектаклем весь район объездили! А про архитекторов мне моя старшая сестра Лида рассказала. Я сначала в топографический техникум после 8 класса поступил. Месяца хватило. Послушал ужасы старших курсов про «зэковские» партии и бегом заявление забирать, и снова в школу, в девятый класс.
Володя рисовал прекрасно - вся школа знала об этом. Так что в новосибирский институт на архитектурный факультет пришел очень уверенный в себе абитуриент. Рисунок - превосходно. Остальные предметы, мягко говоря, не очень. В общем, пришлось несостоявшемуся студенту год перекантоваться в родном селе Баклушино. Впрочем, этот год добавил впечатлений. Спортивных.
- А у нас такая футбольная команда была! - смакует Бессонов. - Мы стали чемпионами Сибири и Дальнего Востока. Только в Краснодаре проиграли - там матч вечером был, огни включили, мы никогда при искусственном освещении не играли, растерялись. Вот и продули.
Проверка боем
В Кишинев из Новосибирска Бессоновы приехали по приглашению - нужно было столицу Молдавии облагораживать. Может, так бы и остались здесь - благо были успешны и востребованы. Если бы не страх.
- Дочери - одна десятый класс заканчивает, другая девятый, - рассказывает Людмила Викторовна. - Начали стрелять в городе. Националисты, агрессия. Однажды Володя прибегает: «Где дети?» Вика дома, говорю. - «А Юля? В городе стрельба!» А Юля в театр пошла с немецкими сверстниками, которые у нас по обмену были.
- Я перепугался, честно. Притащил домой ребятишек и решил: надо уезжать.
- А еще и землетрясения... - напоминает супруга. - Восемь баллов, шкафы валятся. Помню, ночь, гроза, трясет, мы полураздетые на улицу бежим, собака впереди. И встали все - как вы думаете где? - под козырек у входа! В самом опасном месте несколько часов простояли.
- Полное впечатление, что это бомбежка, - вспоминает Владимир Иванович. - Еще потом до утра не спали, боялись. А утром все архитекторы, инженеры побежали смотреть свои объекты - упали не упали.
- И ведь уровень инженерных решений был высоким, - говорит Людмила Викторовна. - В Спитаке после землетрясения вообще бетона не было - сплошная крошка. А тут смотрим - идет спиралью трещина по высотке, а дом стоит...
Новогодние пельмени
На семейные трещины - табу. Семья старшей дочки живет в соседнем дворе, младшая с мужем и детьми - с недавних пор в Москве.
- Нам, самое главное, с родственниками повезло, - говорит папа-дедушка-сват. - А Юлиного будущего мужа мы из Молдавии привезли. Он только десятый класс окончил! Вслед за Юлей поехал. В прихожей спал у нас: больше негде было. И пуделек рядом. Потом уже свадьбу закатили и здесь, и в Кишиневе. Оба зятя и сватья у нас замечательные.
- У вас есть праздники, на которые вы обязательно собираетесь всей семьей?
- А как же? Новый год! - оживляется Владимир Иванович. - Людмила лучше всех в мире лепит сибирские пельмени.
- Садимся с дочками и внуками, вот тебе тесто, мясо, и три часа совместного общения, - смеется супруга.
А ведь это совсем скоро. Каких-то три недели осталось до самого главного праздника, когда вся семья снова соберется в доме на краю Пскова. Традиции - это, пожалуй, самое простое. И самое важное...
Старшая дочь Бессоновых окончила строительный факультет вуза, младшая - бухгалтер высокого класса. «Юлька, младшая, на меня похожа, а характер Людмилин, - говорит папа. - А Вика вспыльчивая, но отходчивая, больше на меня похожа. Ее только выводить из себя не надо!»
Наша справка
Владимир Бессонов, заслуженный архитектор России, главный архитектор ОАО «Псковгражданпроект». Экс-главный архитектор области. В 1972 году окончил архитектурный факультет Новосибирского строительного института. Работал в проектных институтах Новосибирска, занимался проектированием городов Усть-Илимска и Барнаула. С 1977 года работал в столице Молдавии - Кишиневе, где по его проектам построены площадь Освобождения, комплекс строительного института, исторический музей Молдавии, жилой район Будешты. В Пскове по его проектам возведен комплекс зданий Центрального и Сберегательного банков на Октябрьском проспекте, Пенсионного фонда, пансионат отдыха в Кривске Печорского района. Лауреат госпремии Республики Молдова (1990), Администрации Псковской области по архитектуре (1996 и 2001), конкурсов на лучшие проекты зданий и сооружений.
Образование внуков - под неусыпным контролем бабушки и дедушки. Репетиторы, слабые места в программе - Людмила Викторовна держит руку на пульсе. Гуманитарный профиль Юли, Викиной дочки, планируют сбалансировать техническим лицеем. «А Женя, Жень-Шень, младший внук, заядлый футболист!» - разводят руками бабушка и дедушка.
ЦИФРЫ
60 лет отметил Владимир Бессонов 5 октября.
1 год и 5 месяцев - разница между старшей и младшей дочерьми, Викой и Юлей.
3 внучки и один внук у четы Бессоновых.
Владимир Бессонов: «Если долго мучаешься, то и проекты не очень получаются. А идея здания Сбербанка родилась спонтанно. У Люды в Кишиневе умерла бабушка. А там обычай - сидеть ночь у покойника. Люда ушла спать, а я сидел, рисовал... К утру смотрю - что-то интересное получилось. Мозги в эту ночь отключились, эмоции верх взяли».
