Всеобуч проходил в Пушкинских Горах – самом некоррупционном районе Псковской области. По крайней мере, так заявил заместитель директора Института регионального развития Сергей Дамберг, чье ведомство проводило мониторинг на соответствующую тему в Псковской области. Интересно, что в представлении обывателей заслон коррупции в Псковской области могут поставить сотрудники ФСБ, прокуратуры и суда. А вот на милицию опрошенные не сильно рассчитывают.
Исследование показало, что люди не дифференцируют ветви и уровни власти. В представлении жителей области самые злостные взяточники – сотрудники ГИБДД, далее, по убывающей – медики, чиновники всевозможных разрешительных инстанций, сотрудники военкоматов, вузов. На последнем месте – работники управляющих компаний. 
Как показал мировой опыт борьбы с коррупцией, искоренить ее невозможно даже самыми жесточайшими мерами, вплоть до смертной казни, – констатировала доцент кафедры уголовного процесса криминалистики юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета Светлана Кушниренко. – Коррупция многогранна. Самое явное ее проявление у всех народов во все времена – взяточничество. Среди завуалированных форм коррупции, многие из которых не попадают под действие Уголовного кодекса, фаворитизм – покровительство сильных мира сего, непотизм – кумовство, незаконное распределение общественных ресурсов и фондов, протекционизм – лоббирование в худшем смысле этого слова, незаконное поддержание партий и движений, блат – оказание услуг родственникам и знакомым. 
– Когда идет речь о чиновнике-коррупционере, надо обязательно уточнять его ранг – муниципальный, региональный или федеральный, – полагает эксперт проекта «Муниципальная программа противодействия коррупции» Александр Дементьев. – Если огульно называть всякого чиновника коррупционером, то этим мы вызовем у людей негативное отношение ко всей вертикали власти. Кроме того, падет тень на остальных честных чиновников. Также надо четко понимать, кто является чиновником, а кто, работая в структурах власти, к таковым по закону не относится. 
– Муниципальные программы противодействия коррупции, написанные в крупных городах Урала, тамошних волостях и в городе Остров, похожи друг на друга, как клоны, – удивляется директор межотраслевого института коммунальных стратегий Вадим Бондарь. – Разве может быть такое, если учесть хотя бы разность экономических потенциалов регионов, уровня возможностей областного центра и крохотной волости? 
– Чаще всего журналист, пишущий на коррупционную тематику, представляет собой одинокого героя. Он бьется за правду, рискует здоровьем и жизнью, а в итоге остается неуслышанным читателем, – сказал секретарь Союза журналистов России, директор журнала «Журналистика и медиарынок» Владимир Касютин. – Беда таких журналистов в том, что они не опираются на экспертов, не рекрутируют в свои ряды новых союзников, чтобы превратить свое СМИ в общественный центр, вокруг которого бурлит общественная жизнь. Отсюда у серьезных изданий малые тиражи и финансовые проблемы.
– Коррупцию невозможно победить, но ей можно эффективно противодействовать, – считает доцент кафедры журналистики Тюменского государственного университета Елена Арбатская. – Общественная антикоррупционная кампания, отражаемая в местных СМИ, должна сломать сложившиеся у обывателей стереотипы о коррупции и завершиться конкретными результатами. Заслуга районных и региональных журналистов в том, чтобы задавать ей темп и ритм. Нужно не просто поименно назвать коррупционеров, рассказав, каким образом закончилась их преуспевающая карьера, но и поведать читателям, телезрителям, в силу каких жизненных обстоятельств уважаемый, порядочный человек преступил закон, как происходила его сделка с совестью.
