Что произошло - он не помнит. Обстоятельства происшествия остались невыясненными до сих пор. «Псковская правда» отправилась в гости к семье Михайловых, чтобы из первых уст услышать всю историю трагедии.
Только молитесь…
Большой уютный дом в деревне Плодопитомник под Островом, рядом припаркована машина, во дворе играют дети. Здесь живет и Саша, который помнит о себе совсем немного. Нас встречает его мама Светлана Михайлова и его сестра Олеся.
Светлана Вениаминовна, еле сдерживая слезы, рассказывает о той самой ночи.
- В полчетвертого дочери позвонили с Сашкиного телефона, у меня сразу екнуло сердце, думали, в полицию загремел. А он в реанимации, якобы с алкогольным отравлением. Мы приехали к семи утра в больницу, нас к нему пустили, а я смотрю – что-то не так с ним. После капельницы не отошел почему-то, в себя не приходит. Кричит, матерится. Хотя я от него столько мата вообще никогда не слышала. Я тогда попросила провести полное обследование. Энцефалограмма показала тяжелейшее кровоизлияние в мозг, отек, ушиб мозга. Врачи тогда сказали нам надеяться только на Бога. Молитесь, говорят, а так он не жилец.
Инициатива наказуема
В больнице пояснили: молодого человека нашел сотрудник полиции, который и вызвал скорую помощь. Полицейский провожал поздней ночью девушку, а когда возвращался, заметил лежащего на земле человека.
Вот здесь Сашу нашел сотрудник полиции. Видимо после того, как Саша упал с моста
- Этот парень не сразу сказал, что это он нашел Сашку. Когда он вместе с участковым на следующий день приехал к нам допрашивать, я хотела узнать, кто нашел моего сына, чтобы поблагодарить. Потому что врачи сказали, что если бы его доставили в больницу позже, то спасать было бы некого уже. Тогда этот полицейский и сказал «Ну я его нашел». Я ничего не стала спрашивать, не до этого было, главное, что сын живой остался, - рассказывает Светлана Михайлова.
Сестра Саши, Олеся, работой полиции недовольна.
- Нам не разрешили писать заявление, сказали, смысла нет. Дело не возбуждают. Когда мы попросили сделать распечатку звонков – нам отказали. В Сашином телефоне не было ни звонков, ни сообщений. Только сообщения о пополнении счета. Даже не смогли узнать, с каких терминалов Саша положил деньги… Сказали, будет судмедэкспертиза, чтобы выяснить характер травм, узнать, есть ли уголовная направленность в произошедшем, но пока ее не проводят. Как будто ждут, пока Саша подлечится, – негодует Олеся.
По словам Олеси, полицейские настаивают на версии, что Саша упал с моста, испугавшись скутера, проезжавшего мимо. К слову, для того чтобы упасть с висячего моста в Острове, надо очень постараться. В промежутки между опорами и тросами может пролезть разве что ребенок, да и то специально. Взрослый крупный парень (до трагедии Саша весил около 80 кг), даже пьяный, не смог бы так изловчиться, спасаясь от скутера. Если допустить, что Александр все-таки упал, то шансов вылезти из воды не только живым, но даже сухим у него было крайне мало. Расстояние до поверхности там около 10 метров, самой воды практически нет, а дно выложено плитами. Получается, несчастный парень должен был протиснуться между тросами, упасть с 10 метров в воду на каменное дно, выйти из воды, обсушиться и улечься между мостами в ожидании помощи.
Камеры могли бы помочь в выяснении обстоятельств, но тогда они были выключены
- Я думаю, его сбила машина, причем к месту, где Сашку нашли, его привезли и выкинули. Потому что там ни осколков не было, ничего. А это невозможно, когда вам в лобовое стекло прилетает парень под сто килограмм. Раз сюда привезли – значит, знали, что камеры на мостах выключены и вообще развернуты в разные стороны. У нас в Острове свои законы… Но я не сдамся, такой беспредел нельзя оставлять без внимания, – говорит сестра пострадавшего.
Мосты в Острове хоть и пешеходные, но по ним беспрепятственно ездят и скутеры, и легковые автомобили
Олег Иванов, участковый, пояснил, почему не возбуждается уголовное дело.
- В настоящее время завести уголовное дело мы не можем, потому что подробности произошедшего не установлены. Нет оснований для возбуждения дела. Для этого нужна судмедэкспертиза, история болезни, которую нужно запрашивать из больницы. На основании этого уже будем решать. Как мы можем что-то делать, когда человек сам не знает, что с ним случилось? Кто его нашел, я уж вам не скажу, не помню фамилий, на место выезжал наряд вневедомственной охраны. Я родственникам сразу говорил: пишите заявление, вам никто не мешает этого сделать.
Отёк мозга? Принимай пирацетам!
Врачи Островской больницы к травме Александра отнеслись с житейской мудростью. На парне не было ни крови, ни синяков, поэтому версия об избиении или нападении отметается. Когда в реанимации на третий день проступили синяки, знакомые шоферы сказали Михайловым, что такие травмы появляются, когда человека сбивает машина на приличной скорости. Помимо черепно-мозговых травм у Саши сломано и вывихнуто бедро, сломана лопатка. Парень останется инвалидом – одна нога стала короче другой. Для обследования мозга из Пскова выезжал нейрохирург, назначивший пирацетам и приказавший ждать. К тому же то, что Александр в момент прибытия был нетрезв, оставило определенный осадок у местных врачей. Ярые борцы за трезвость в белых халатах уверяли родных: «Это все потому, что он был пьяный!» И выписали Сашу. Потому что в Островской больнице не хватает мест, нечего еще всяких алкоголиков лечить. Санитарка, знакомая Светланы Михайловой, шепнула ей, что бесплатно лечить Сашу никто не будет.
При тяжелейших травмах головного мозга, Саше назначили легкие ноотропы и витамины
- Без денег отправят в Богданово, там еще хуже сделают, вот как нам сказали… - грустно говорит Светлана Михайлова.
Главный врач Островской больницы Ирина Богачева пришла в ужас от таких слов, хотя пациента Михайлова даже и не вспомнила, сославшись на огромное количество больных, проходящих через стационар.
- Не может быть и речи, что в нашей больнице кто-то требует деньги за лечение, этого не бывает. А полиция у нас никаких историй болезни не запрашивала, поэтому мы и не отсылаем. Полиции мы отдаем истории в течение двух-трех дней, ну никак не через месяц.
«Это я тут еще живой?»
То, что Саше требуется медицинская помощь, видно не сразу. Стоит только начать с ним разговор, становится понятно, что парень не в себе. Его предложения построены правильно, но смысла не имеют практически никакого.
Саша не помнит своих родственников, путается в словах. Не различает умерших и живых родных. Даже уверяет всех, что умер сам в 2003 году.
– Ну ты помнишь, когда хоронили меня, я пришел на кладбище, увидел свой памятник и обалдел, – говорит он плачущей матери.
- Я ему фотографию показываю, а он спрашивает: это я здесь еще живой на фотке? Живой, отвечаю, – рассказывает сестра Олеся.
Оставаться в трезвом рассудке Саше сложно. Стоит ему начать рассказывать о чем-то, он быстро сбивается и начинает говорить несвязные и странные вещи. Мы спросили у Саши, что он помнит из той ночи.
- Ну я шел, меня сбила белая «девятка», затянуло под машину, проволокло метров двести, потом не помню, потом выпихнули из машины, у того «гайца» еще ботинок в моем воротнике запутался. Мам, куртка-то целая? Вот надо искать тех «гайцов» молодых, «Газель» белую… А так я все помню, как 9-й класс заканчивал, школу помню, только вот ночь ту не помню, - улыбается Саша.
Светлана Михайлова говорит, что Саша поменялся очень. Не говорит вообще, если ему больно, хотя в приступах боли может начать биться головой об стену. В его речи в большом количестве присутствует обсценная лексика, чего раньше мать не замечала.
- Он даже отчества своего не помнит. Он Валерьевич, а говорит: «Я Вареникович, это мне отец так сказал», а когда сказал, если он умер пару лет назад?
Родные Саши не собираются пускать это на самотек и готовы сделать все, чтобы виновники трагедии были найдены. «Псковская правда» искренне желает Саше скорейшего и полного выздоровления, а семье Михайловых - успехов в поисках справедливости в криминальном анархическом Острове.
ПО ТЕМЕ
В Порховском районе местный житель нашел потерявшую память женщину
Потерявшая память женщина вспомнила, кто она, и ушла из Порховской больницы
Фотограф: Анастасия Григорьева