Перекрывается проезжая часть на улице Некрасова. Раскатанные пожарные рукава превращаются в фонтан…
Что-то похожее происходило здесь же 9 августа 2006 года. В тот раз сгорело три рояля, включая концертный чешский «Petrof» стоимостью в 1 миллион 300 тысяч рублей. Впрочем, в 2006 году шли летние каникулы. На этот раз были эвакуированы студенты находящегося рядом филологического факультета Псковского педуниверситета. Никто из студентов и сотрудников филармонии не пострадал.
24 декабря обуглилось только два рояля – ровно столько, сколько было на сцене. Зато один из них - «Steinway& Sons» стоимостью 5 миллионов 200 тысяч рублей. (50% - деньги спонсоров, 50% - деньги, вырученные за псковские концерты «Crescendo-2009» и оперу «Псковитянка» в Псковском кремле).
На рояле «Steinway& Sons», который собирались презентовать в Псковской областной филармонии 26 декабря 2010, успел поиграть только участник «Crescendo-2010» петербургский пианист Игорь Четуев. Именно он по рекомендации Дениса Мацуева ездил в Гамбург и выбрал из пяти роялей самый лучший (самые лучшие уходят от нас раньше всех?). Пианист, прежде всего, учитывал акустические особенности зала. Но решающей снова оказалась не акустика, а воспламеняемость.
И.о. председателя областного комитета по культуре Александр Голышев во время недавнего представления новоявленного рояля журналистам был доволен, но осторожен: «Если наши умельцы его не сломают…», - произнес Александр Голышев, обходя дорогую покупку со всех сторон.
Но сотрудники филармонии опасались даже не «умельцев», а детей – участников многочисленных концертов, которые часто облокачиваются на рояль, обычно стоящий за кулисами. Желающих поставить на рояль чашку тоже находится немало. Не говоря уже о том, что у хорошего рояля почти идеальная поверхность для прилипания жвачки. В общем, опасались одного, а произошло другое. Причем, в рекордные сроки. Пятимиллионный рояль не успели даже застраховать.
В тот раз кто-то из присутствующих задал Александру Голышеву наивный вопрос:
- А какой рояль лучше – старый или новый?
- «Petrof» лучше горит, - предположил я.
- Но он не сгорел, а только обуглился, - уточнил Александр Голышев.
- Хорошо, он лучше обугливается.
Теперь у всех появилась возможность сравнить – какой рояль обугливается лучше: за миллион или за пять?
Останки «Petrof» красуются в пожарном музее. Куда попадет «Steinway& Sons»?
По словам сотрудников филармонии, утро 24 декабря начиналось как обычно. Администратор включила дежурный свет. Никаких признаков пожара не было. Но через некоторое время раздался хлопок. Возможно, с этого и началось возгорание. Сигнализация сработала вовремя. Информация на пульт поступила в 10 утра. Пожарные приехали через пять минут.
Пока пожар тушили, к филармонии стали приходить музыканты симфонического оркестра – на репетицию. В тот момент масштаб пожара был еще не ясен. Но музыкантам было обидно до слез.
Говорить о поджоге – рано. Наиболее вероятна другая версия: неполадки с электричеством (короткое замыкание или взрыв лампы). Хотя мысль о поджоге напрашивается прежде всего.
Что же именно происходило утром 24 декабря в Большом зале филармонии – сказать трудно. Хотя и. о. председателя Государственного комитета по культуре Псковской области Александр Голышев, который во время тушения пожара стоял возле дверей филармонии, отметил: «Это очень похоже на то, что было в прошлый раз». - «И чем же закончилось расследование в прошлый раз?» - «Ничем», - ответил Александр Голышев.
Однако, известно другое. На восстановление БКЗ потребовалось примерно 16 миллионов рублей.
Сегодняшний пожар потушили в 11.22. После чего в филармонии появились эксперты Госпожнадзора, заместитель губернатора Псковской области Максим Жаворонков и заместитель начальника ГУ МЧС России по Псковской области Олег Черней.
В зал удалось попасть только в 12.30. Сцена была освещена прожектором, который установили пожарные. Но видимость все равно была плохая. Сплошной дым, в котором угадывались фигуры пожарных.
С крыши и филармонических прожекторов на сцену лилась вода. Под ногами было месиво из обгорелых тряпок (бывший занавес?) и воды. В том месте, в котором до недавнего времени стоял «Steinway& Sons», чернело пятно. Рояли «Москва» и «Steinway& Sons» находились в дальнем углу. На «Steinway& Sons» лежал стул. Стул, в отличие от рояля, почти не пострадал. Не надо быть специалистом по роялям, что сказать: играть на таком инструменте невозможно. Разве что, стучать по нему багром и шестом.
На сцене возле стены в ряд были расставлены обгоревшие пюпитры и музыкальные инструменты – барабаны, контрабасы… Почти все они выглядели не лучше роялей – разбитые и обугленные.
Вспомнилась фраза, сказанная Александром Голышевым на неофициальной презентации. Повернувшись к роялю, он тогда произнес: «Выносить в первую очередь».
Пожелание не сбылось. Рояль снова не вынесли. Может быть, хотя бы на этот раз вынесут тех, кто должен отвечать в Псковской области за хорошую музыку и пожарную безопасность?
Автор: Алексей Семенов
