Деревни Мтеж, Курокша и Осатно расположены на полуострове между Псковским и Теплым озерами. Но их жители привыкли называть себя островитянами. Потому что добраться до материка по суше им не позволяет полоса сплошных болот шириной в десятки километров. Остается один путь – по воде. Но и его проделать непросто.Еще в апреле островитяне направили в адрес главы администрации Псковского района коллективное письмо.
«Мы, жители и дачники деревень Мтеж, Курокша и Осатно, лишаемся последней возможности добраться до большой земли: в ближайшей от нас «материковой» деревне Балсово (9 км) мелеет канал, и лодки с людьми не могут подойти к берегу. Более двух десятков лет транспортная проблема наших деревень никак не решалась, хотя о ней знали и местная, и районная администрации.
Отсюда на материк только одна дорога – по воде.
Сейчас, если не углубить канал, мы окажемся полностью отрезанными от внешнего мира, так как на другие виды транспортного сообщения рассчитывать не можем. Просим незамедлительного вмешательства».
В ответ заместитель главы администрации Святослав Колинко напомнил, что канал принадлежит владельцам частной усадьбы, для проведения дноуглубительных работ требуется: согласие собственника канала, проект проведения работ и существенное финансирование. Правда, в ближайшее время администрация района приступит к «рассмотрению коммерческих предложений по проектно-изыскательским и дноуглубительным работам».
Прошло несколько месяцев, канал продолжал мелеть. Устав ждать хоть каких-то подвижек, жители решили напомнить властям о своей проблеме через СМИ и пригласили в гости корреспондента «Псковской правды».
«Раньше к нам и в День Победы, и на День пожилого человека с поздравлениями приезжали, а сейчас – как отрезало».
…Со старостой Мтежа Николаем Исаковым договариваемся, что в назначенное время я подъеду к причалу в Балсово, оттуда меня рыбаки на своем суденышке до полуострова добросят. Судно медленно приближается к каналу, весь улов перегружается в лодку, и мужчины, обутые в сапоги-болотники, тянут как бурлаки – к берегу через канал. Вода достает им где-то по колено.
|
Наконец весь улов сдан, и я неловко спрыгиваю в опустевшую лодку.
– Это хорошо, что сейчас ветра нет, – комментирует мое неуклюжее приземление староста Исаков, он тоже рыбачит. – А когда на озере волна, люди при посадке, бывало, и руки, и ноги ломали. Жители-то у нас в основном пенсионного возраста, им и в штиль погрузиться в лодку – уже проблема. Притом что работы по углублению канала (я специально узнавал) обойдутся тысяч в сто, плюс-минус двадцать тысяч рублей.
За пределами канала пересаживаемся из лодки на корабль. На то, чтобы преодолеть девять километров до Мтежа, у неторопливого рыболовецкого судна уходит почти час. Все это время Николай Владимирович и его помощник Сергей обстоятельно рассказывают мне о прошлом и настоящем приближающегося полуострова.
Из-за проблем с транспортом даже дачники приезжают сюда все реже.
В прежние времена здесь пользовались всеми благами цивилизации. На полуострове были школа, магазин, медпункт, почта и даже свой аэропорт. А с самого начала навигации и до поздней осени туда ходила пассажирская «Ракета».
Жизнь начала замирать здесь незадолго до перестройки, в восьмидесятых годах. Сначала по решению властей была закрыта школа. Потом – магазин и почта. Дольше всех продержался медпункт, но вскоре и его ликвидировали. Исчезло и регулярное сообщение как по воздуху, так и по воде. До начала двухтысячных годов на полуостров периодически заплывала мотолавка от райпо, но потом и она перестала местных посещать.
По мере того, как скукоживались плоды цивилизации, уменьшалось и население: молодежь уезжала в большие города, и лишь старики оставались доживать свой век на родной сторонке. Сейчас здесь остаются на зиму не больше десяти человек. Правда, летом количество островитян увеличивается человек до сорока.
Сергей Паклин: «Чтобы добраться до магазина в Теребищах и обратно, мне нужно потратить на бензин около семисот рублей».
– А после того, как Советский Союз распался и Эстония превратилась в «заграницу», стало еще хуже, – вздыхает староста Мтежа. – От нас до эстонского берега – всего три километра. Поэтому многие односельчане даже свои машины на эстонском берегу держали. И даже если собирались в Псков, то ехали туда через Эстонию. Очень удобно было.
Помощнику Николая Исакова Сергею (свою фамилию мужчина просил не публиковать) около сорока лет, и он – один из самых молодых жителей на всем полуострове.
Сергей живет в деревне Курокша, что в километре от Мтежа. Любопытно, что население в Курокше исключительно мужское, хотя и немногочисленное – всего четыре человека. Вместе с нашим новым знакомым здесь проживают бывший пограничник, бывший директор местного аэропорта и 82-летний «дядя Гена Шведов», бывший узник фашистских лагерей.
Для этих пожилых женщин даже свежий хлеб давно стал роскошью и деликатесом.
– К нам разве что почтальон приплывает регулярно – раз в месяц пенсию привозит, – рассказывает он. – Да и вообще она у нас как мини-магазин: обычно звонит накануне и спрашивает, кому чего привезти с материка. Так что спасибо ей.
– У нас часто пропадает электричество, и они всегда очень оперативно реагируют на наши жалобы и устраняют неполадки. Они же не виноваты, что у нас тут такое старое оборудование стоит, которое постоянно выходит из строя.
Причаливаем…
На берегу нас уже ждет группа местных активистов, преимущественно немолодые женщины. Пользуясь случаем, они стараются поделиться всеми претензиями, накопившимися у них к местной власти.– А вы видели, какая дорога до Балсово? Грейдер доходит от трассы только до Боровика, а дальше уже – не дорога, а стиральная доска. Пока сельсовет был в Теребищах, хоть какие-то вопросы решались. А за те десять лет, что мы в составе Середкинской волости, мы ни разу главу волости в глаза не видели. Раньше к нам и в День Победы, и на День пожилого человека с поздравлениями приезжали, а сейчас – как отрезало. Хотя в день голосования транспорт нашли. И хоть бы раз в полгода медики нас посещали, – тараторят они, перебивая друг друга. – А с нашей Людмилой Яковлевной вообще случай был страшный прошлой зимой. Приболела она так, что пришлось «скорую» вызывать. А на озере – лед вперемежку с водой, на лодке не пройдешь. Позвонили эмчеэсовцам, так те целый день решали, как ее вывезти. Привезли катер на воздушной подушке – он тоже не прошел. Хорошо, что потом ветер разогнал лед, и удалось добраться до материка на обычной лодке.
– К нам разве что почтальон приплывает регулярно. Она у нас как мини-магазин: всегда накануне звонит и спрашивает, кому чего привезти с материка. Спасибо ей.
Староста деревни напоминает, что вообще-то корреспондент приехал по жалобе, связанной с обмелением канала в Балсово.– И канал углублять надо, – соглашаются активистки. – А то ведь сколько уже травм было. В прошлом году одна дачница в возрасте пересаживалась с корабля в лодку, а тут – волна. Женщина так неудачно упала, что у нее потом весь бок синий был.
Особое негодование у местных жителей вызывает то, что хотя для подвоза продуктов ни у властей, ни у райпо транспорта нет, в недавний день голосования он нашелся. Точнее, ну как нашелся…
– В то воскресенье к нам на своем «Прогрессе» приезжала из Теребищ почтальон вместе со своим мужем. Правда, в тот раз они никаких продуктов не привезли, – рассказывает Любовь Петровна Романова. – А из волости никого не было. Почтальон говорит: позвоните, мол, в администрацию волости, они там сейчас все заседают. Так а что толку звонить…
За те пару часов, что я провожу на полуострове, успеваю совершить небольшую прогулку по Мтежу. Много опустевших домов, заброшенные огороды, сады с травой по пояс.
– Раньше вся наша округа своим луком славилась – климат тут для него больно подходящий, – вспоминают мои провожатые. – Почти каждая семья его целыми плантациями на продажу выращивала. А теперь – понемногу, только для себя. Потому что а куда его продавать? Да и просто доставить урожай на материк – дело хлопотное и дорогое.
Обратно меня везет на своей моторке Сергей Паклин, дальний родственник одного из местных.
– На зиму я уезжаю в город, а с весны по осень живу здесь. Вот приехал в марте в деревню, привез с собой 20 буханок хлеба и штук 15 батонов. Так последние буханки в сплошную плесень превратились. А ближайший магазин – в Теребищах, это от нас примерно в двадцати километрах, – рассказывает он. – Чтобы добраться туда и вернуться обратно на этой лодке, мне нужно будет потратить на бензин около семисот рублей. Так что дороговато свежий хлебушек обойдется.
Мы приближаемся к балсовскому каналу. Сергей выключает мотор и уже веслом помогает лодке преодолеть обмелевший участок. Движемся крайне медленно.
– А вот если бы нас тут не двое, а четверо было, сейчас бы вообще дно черпали, – констатирует он.
P.S.
Уже после поездки в Мтеж мы поинтересовались у заместителя главы администрации Псковского района Святослава Колинко, планирует ли район выделить деньги на углубление судоходного канала в Балсово и когда это произойдет.– Этот канал является искусственным гидротехническим сооружением и принадлежит частной усадьбе. Прежний собственник имел специальное оборудование для ведения дноуглубительных работ. Насколько нам известно, у нынешних собственников такой техники нет.
Из-за непроходимых болот добраться до российской цивилизации можно лишь по воде.
С помощью сотрудников Государственного комитета Псковской области по транспорту и связи мы нашли в нашем регионе специализированную организацию, которая могла бы выполнить эти работы. Но пока там не могут определиться с ценой вопроса.
Дело в том, что сначала эта организация должна согласовать с владельцем канала проведение замеров его нынешней глубины. И уже потом, на основании этих замеров, рассчитать необходимую сумму. К сожалению, пока согласования с частниками им получить не удалось.
Со своей стороны мы готовы, если нужно, обратиться к владельцу канала (к слову, он живет в Санкт-Петербурге) от имени администрации района с просьбой согласовать проведение замеров. Надеюсь, согласование будет получено в ближайшее время, и мы успеем заложить необходимую сумму в проект бюджета района на следующий год.
…Признаться, из этого ответа у нас сложилось впечатление, что администрация района полностью отстранилась от решения проблем своих жителей, пустив все на самотек. Ведь коллективную просьбу от жителей углубить канал они получили почти полгода назад. Что мешало муниципальным чиновникам еще тогда озаботиться поисками специализированной организации и оперативно связаться с владельцем канала? Почему поисками такой организации должен заниматься Госкомитет по транспорту, а согласованием работ с владельцем канала – сама организация безо всякой поддержки со стороны местной власти?
И для чего она тогда вообще – такая местная власть?
Автор: Елена Яземова
