И сегодня, по происшествие нескольких дней у нее перед глазами стоят поломанные перегородки, рухнувшие багажи и крики, крики с мольбой о спасении детей и женщин.
- Мой, третий вагон, - рассказывает Юлия, - после аварии держался на сцепке, но у него вырвало задние колесные пары, и он прыгал как мячик, ударяясь о рельсы и шпалы. Все это продолжалось какие-то мгновения, но казалось, что прошла вечность. А вообще, ничего не хочу вспоминать…
Она не хочет говорить о том, как превозмогая ушибы, страшную боль, не думая о себе, бросилась помогать раненым. Одному давала нашатырь, другому подкладывала доски, третьего успокаивала, как могла…
А я сижу в ее великолукской квартире и пытаюсь понять: откуда взялись силы, мужество у этой хрупкой молодой девушки, как она, вся израненная, не свалилась с ног, стойко перенесла все тяготы той ужасной ночи?
- В экстремальных ситуациях, - говорит Юля, - со всей полнотой раскрывается характер и сам человек. Видели бы вы, как бесстрашно и дружно бросились пассажиры на выручку людей из последних трех вагонов. Несмотря на темень и холод, они выносили раненых из вагонов, оказывали им помощь.
На выручку спешили десятки машин, сотни людей. Но бездорожье, лес, кустарники, не позволили технике приблизиться к железнодорожным путям. Поэтому раненые вынуждены были несколько часов лежать под открытым небом.
...Когда прибыли на Московский вокзал Санкт- Петербурга, Юля отказалась ехать в больницу. Лечиться решила у себя на родине, в Великих Луках. Кое-как сумела сесть на поезд. В Новосокольниках ее встретил жених Саша.
- Мы уже думали и с свадьбу с Юлей сыграть, - говорит он, - но теперерь временно отложили. До полного выздоровления. Надеемся, что все до свадьбы заживет.
