- Два года в партизанах, шесть лет в армии, всего - восемь лет отдал службе. И ни одной девушки, между прочим, за все эти годы не видел! А нынешние молодые и одного года не хотят отслужить, - сетует Геннадий Николаевич Ермолаев.
После войны и до самой пенсии наш собеседник жил и работал в Невеле на молочном комбинате. Одиннадцать лет назад не стало его жены, и он переехал к взрослой дочери. Нам показалось, что Геннадий Николаевич очень скучает по своему «боевому братству».
С этим пожилым невельчанином мы познакомились на Кургане Дружбы. В минувшее воскресенье здесь прошла очередная - уже 49-я! - встреча ветеранов из России, Латвии и Белоруссии. По традиции она началась с торжественного митинга.Курган Дружбы сооружен в память о боевой дружбе русских, белорусских и латышских партизан в борьбе против немецких оккупантов и коллаборационистов в годы Великой Отечественной войны. Это холм высотой около трех метров и в диаметре около шести метров.
Традицию проведения этого патриотического праздника заложили в 1959 году. В настоящее время сам Курган Дружбы находится на территории Латвийской Республики. А традиционная встреча ветеранов проходит на территории России и Белоруссии.
- Так получилось, что большая политика разделила прежде братские народы. Но не изменилось отношение к великому подвигу в сердцах людей, - отметил в своем приветственном слове к участникам встречи вице-губернатор Псковской области Юрий Демьяненко.
Кстати говоря, в этот раз торжественный митинг прошел не совсем обычно. Дело в том, что в составе российской - то есть, псковской делегации - на Курган Дружбы приехал и заместитель председателя областного Собрания, председатель исполкома Псковского регионального отделения «Единой России» Дмитрий Хритоненков. В тот день ему выпала приятная обязанность вручать общественные награды. В частности, ордена Дмитрия Донского был удостоен председатель Совета ветеранов Витебского облисполкома Геннадий Герасимович, а несколько псковичей стали кавалерами ордена Александра Невского.
Затем последовала церемония возложения цветов к памятникам павшим героям. На российской территории цветы возложили к обелиску, воздвигнутому в память о втором секретаре Себежского подпольного райкома комсомола Марии Пынто, зверски замученной фашистами. На белорусской - к памятнику комсомольцам-подпольщикам деревни Прошки.
В это же время на латвийской стороне возлагали цветы и к памятнику Герою Советского Союза Иманту Судмалису. Но как проходила церемония, с российского «берега» рассмотреть было сложно - мешали густые деревья. А пограничники были настроены не настолько дружелюбно, чтобы разрешить многочисленным гостям встречи столпиться у самой границы.
Конечно же, не обошлось без веселого концерта, который подготовила в подарок ветеранам «принимающая сторона». В этот раз - белорусская.
Но кульминацией праздника стал, как обычно, Костер Дружбы. Взметнувшиеся в небо длинные языки пламени, поодаль - накрытые столы. Нарядные ветераны, веселый смех, слезы радости от встречи со старыми друзьями и слезы горечи оттого, что кто-то из боевых товарищей уже никогда не приедет на Курган Дружбы....
В такие моменты вдруг становится понятно, до чего же им, нашим ветеранам, не хватает простого человеческого общения и простого человеческого участия. С каждым годом их становится все меньше. Тех, кто с оружием в руках защищал в годы войны родную землю. Тех, кто просто помнит и еще может рассказать, как это было...
Им есть о чем рассказать. Жаль, что мы не всегда готовы их слушать.
Петр Михайлович Беляев,
Пыталово:
- Когда началась война, мне четырнадцатый год шел. Мой отец работал на железной дороге путевым обходчиком. Нас должны были эвакуировать, и родители уже вещи собрали... Осталось только дождаться, когда поезд-«кукушка» за нами придет. Приходит этот поезд, а машинист нам и говорит: «Товарищи дорогие, я вас не могу взять. Вроде бы немцы уже под Островом. Расходитесь-ка вы лучше по домам».
Все и разошлись. Дома мать быстрее вещи разобрала, по местам разложила. И вдруг на улице шум какой-то незнакомый. А это, оказывается, первые «гости» пожаловали - две немецкие танкетки. Обстреляли они дома железнодорожников, в одном из которым мы жили. Хорошо, что никто не пострадал.
А в 14 лет я подпольщиком стал. Меня к этой работе наш бывший пионервожатый привлек. Взрослые под копирку листовки переписывали, а я в это время на страже стоял.
И самое интересное, что мой отец тоже в подпольной организации состоял. Только в другой. Но друг о друге мы ничего тогда не знали.
