В самом начале февраля, перед кратковременными так называемыми морозами, неплохая рыбалка получилась у нас с товарищем в Гдовском районе. Озеро выбирали с учетом направления ветра и угадали - дул он в этот день в аккурат поперек водоема и рыбачить не мешал. Были здесь не первый раз, а потому я сразу направил нашу лодку к глубокой части озера, где щука часто встречала нас злыми поклевками. Но на этот раз, сделав три или четыре круга, так ни одной поклевки и не дождались. Мы уже собирались сменить место лова, как на моем спиннинге, который при троллинге всегда держу в руке, я услышал пару невнятных то ли щелчков, то ли легких ударов. Для меня это ясный сигнал - ага, значит, наша рыбка на месте и остается только подождать. И действительно, через полчаса начало поклевывать. Ярко выраженного периода клева в этот день не было, растянулся он с равномерными паузами до 15:00. И с хорошим уловом мы оказались. Попадались и щурята, которые, естественно, были отпущены. В одном из «шнурков» граммов 150 оказалось, не более. Чего его сюда на глубину занесло? Ведь сожрут его вмиг зубастые родственнички, щуки - каннибалы известные.
Но были в нашем улове и неплохие экземпляры. Хищницы вели себя не по-зимнему бойко, клевали уверенно. У нескольких разбойниц пришлось воблер доставать из пасти через жабры – очень глубоко заглатывали. Притом самые крупные две щуки попались последними и почти одновременно – и мне, и напарнику. Думали, хороши толстушки, точно «двушки». По длине обе эти щучки почти одинаковые, ну, может, моя на один-два сантиметра длиннее. А вот по толщине… Щука товарища обыкновенная, средней упитанности для этого ранневесеннего периода (а как еще назвать февраль этого года?). А вот моя оказалась с очень большим пузом, я даже подумал, уж не крысу ли какую водяную целиком проглотила эта «крокодилица». Ну, очень брюхо выпирало, до неестественности.
Обе рекордсменки приехали ко мне на кухню, спасибо товарищу, а к нему отправился весь остальной улов. Взвесил, первая потянула на 1800 граммов, вторая на 2350 граммов. В желудке меньшей щуки я обнаружил штук двадцать мальков белой рыбы. А в моем экземпляре желудок был так плотно набит, что вскрывал я его с опасением, ожидая там увидеть нечто. Но, к счастью, там оказались такие же маленькие рыбки. Но в каком количестве! Сфотографировал и трижды пересчитал содержимое желудка, увеличив изображение на компьютере. Не менее 120 штук!
![Из озера в Гдовском районе рыболовы достали щуку с 120 мальками леща и плотвы в желудке]( "Из озера в Гдовском районе рыболовы достали щуку с 120 мальками леща и плотвы в желудке")
Насчитал 120 мелких рыбёшек.
Фото Николая Бесклёвного.
КСТАТИ
Лет десять тому назад я уже был удивлен содержанием рыбьего желудка – у только что пойманного двухкилограммового налима брюхо не просто явно выпирало, но и неестественно пульсировало. Мы его из любопытства тут же препарировали, и из желудка вывалились с десяток живых ершей. Я подобрал половину самых бойких и отнес в воду. Они пытались плыть, поначалу движения были резкие и естественные, но минуты через две перестали шевелить даже плавниками. В желудке ершики пробыли, как мне думается, не более получаса, но смертельного воздействия желудочного сока оказалось более чем достаточно.
Отобрав пяток разных по виду и размеру рыбок, на другой день я отправился к специалисту – кандидату биологических наук, ихтиологу псковского филиала НИИ озерного и речного рыбного хозяйства Сергею Северину. И несколько вопросов приготовил для ученого. Неужели щука гонялась за каждым из 120 мальков? Это сколько энергии надо затратить. Вряд ли, особенно зимой. Но, может, такая щука собирает свои жертвы, как тралом или сачком? Я видел фильм, кадры из которого меня поразили. Там рассказывалось о миграции на юг вдоль африканского континента огромных, длиною в две-три сотни километров, косяков рыб, и толщина тех косяков достигала ста метров и даже более. Так вот, кашалоты (самое большое животное на Земле), а их там собирались многие десятки, подныривали под этот косяк, открывали свои пасти и, как ковшом огромного экскаватора, полнехонько наполняли их рыбой. Вода процеживалась через жабры, а несчетное количество рыб сразу попадало в желудок кашалота. Секунд за десять брюхо кашалота раздувалось до неприличного, даже до уродливого размера. Так, может, и щука так же умеет при плотном скоплении малька? Или у нее другой, всасывающий способ массового заглатывания работает? А может, попали в западню донного рельефа наши мальки, а щуке только этого и надо? И еще, ну ладно, набили зубастые свой желудок, а за раскрашенной несъедобной деревяшкой, за воблером, почему погнались? Жадность? Заготовка корма впрок?
Сергей Северин, за что ему огромная благодарность, отложив в сторону текущие дела, вооружился линейкой, очками и определил, что три рыбки мельче – это сеголетки леща (3 – 4,2 см), а два малька покрупнее – это плотва (оба 4,8 см). Сразу же их взвесил, перемножил, но итог меня как-то не впечатлил (2-4 грамма х 120 штук = 240-480 граммов), от несоразмерного брюха мною ожидались другие цифры.
![Из озера в Гдовском районе рыболовы достали щуку с 120 мальками леща и плотвы в желудке]( "Из озера в Гдовском районе рыболовы достали щуку с 120 мальками леща и плотвы в желудке")
Самые сохранные экземпляры отнес ихитиологу.
Фото Николая Бесклёвного.
Ихтиолог заявил, что ни тралом, ни сачком, ни пастью кашалота – никакой из этих методик захвата пищи щука не обладает. Ученый уверен, что наша разбойница переловила мальков всех по одному. Я выразил серьезное сомнение, и Сергей Олегович чуть отступил в своих утверждениях – ну, может, по два-три или четыре малька за одинраз. И это сколько раз щуке надо было сходить в атаку? Ну а щучья жадность – характеристика известная, подтвердил ихтиолог мои догадки. Очень часто хищница бросается на все, что движется рядом с ней, съедобное - проглатывает, а несъедобное – почти сразу же старается «выплюнуть».
Да, интересная щука мне попалась – научная.
Текст: 
