2 Июля 2016
Псков
+27 .. +29 °C
Великие Луки
+29 .. +31 °C
64.175   -0.082
71.293   0.0824

Легкое головокружение

16 Февраля 2011 - 18:07
Главная → Заметки → Культура
«Легкость – вот первое, что мы выносим из его произведений в виде самого общего и мгновенного чувства» / «Прогулки с Пушкиным», Андрей Синявский

Завершился XVIII Всероссийский Пушкинский театральный фестиваль. Обошлось без провалов. А без споров, к счастью, не обошлось. Спектакли в Псков привезли разные. Интересно, что две значительные постановки напрямую касались отравления ядом. Степень концентрации яда была тоже разной.

 

Рискованное путешествие

В прошлом году к Пушкину присоединили Льва Толстого и его «Анну Каренину». В этом году на смену Толстому пришел Шекспир, которого Толстой терпеть не мог. Но Пушкин остался. Без Пушкина на пушкинском фестивале пока не обходится. Так же, как и без «Пушкинской школы». 

Обычные претензии критиков к Пушкинскому театральному центру и театру «Пушкинская школа», как правило, неприменимы. Руководитель петербургского театра Владимир Рецептер человек не только театральный, но и литературный. Поэтому его ученики к словам классиков относятся бережно. Ежегодное появление учеников Владимира Рецептера на сцене Псковского театра драмы в дни Пушкинского театрального фестиваля стало необходимостью. На этот раз Рецептер отправился с ними в поход за «Гамлетом». Это было рискованное путешествие. Кратко охарактеризовать этот спектакль можно строками все того же Шекспира, позаимствованными из «Гамлета»:

1. «Их усердие идет обычным шагом». 2. «Мне кажется, что их затруднения происходят от последних новшеств». 3. «Дефектный сей эффект небеспричинен». И еще вспомнить слова, вложенные в уста Полония, – о хорошей дикции.

 

На словах

С дикцией как раз возникли проблемы. И не только у Полония. Похоже, Владимир Рецептер возложил на своих учеников непосильную ношу. Спектакль получился поучительным – прежде всего для молодых артистов. Сложный материал не давался, хотя иногда пульс прощупывался. Но, по крайней мере, не было задачи упростить игру. Чувствовалось сильное желание дотянуться до Шекспира. Кому-то из зрителей даже показалось, что этого было достаточно, чтобы назвать спектакль гениальным. Шекспир, правда, не очень поддавался. Слова в переводе Пастернака ускользали. Те самые «слова, слова, слова», о которых, имея в виду «Гамлета», писал Пушкин в своем стихотворении «Из Пиндемонти». «Все это, видите ль, слова, слова, слова / Иные, лучшие, мне дороги права; / Иная, лучшая, потребна мне свобода: / Зависеть от царя, зависеть от народа – / Не все ли нам равно? Бог с ними…»

 

В яме

Кто бы мог подумать, что оркестровая яма появится в Псковском театре драмы досрочно, еще до начала капитального ремонта.

Яму соорудили прямо на сцене – специально для спектакля «Директор театра» Международного театрального агентства «Арт-партнер XXI». Сцену подняли метра на два. Суфлерская будка наверху, напоминающая люк танка, была весьма внушительна. Не говоря уже о музыке Моцарта и Сальери, по воле создателя московской «Геликон-оперы» Дмитрия Бертмана соединенных воедино. Прилагались и бомбы – в виде двух оперных див внушительной комплекции.

 

Обмен масками

«Директор театра» стал наиболее заметным спектаклем нынешнего фестиваля. Заметным – не значит лучшим, но определенно – звонким, ярким, коммерчески выгодным. Дмитрий Бертман использовал Пушкина и отравление Моцарта для затравки. Каламбур здесь уместен, потому что отравление Моцарта происходит не совсем всерьез. К тому же, не сразу и догадаешься, где тут Моцарт.

«Директор театра» – это мюзикл. В основе – «Моцарт и Сальери» Пушкина. Причем создатели разъяли пушкинский текст на части, но разъяли не как труп, а как нечто живое. С легкостью, в пушкинско-моцартовском духе, прошлись по классическим темам. Устроили буффонаду, для убедительности пригласив знаменитых драматических артистов. Игорь Костолевский и Михаил Филиппов поочередно играют в Моцарта и в Сальери, совершая подходы к виолончели и скрипке. А отдельные реплики вообще достаются директору театра (Михаил Янушкевич). Директор ведь тоже в каком-то смысле творческая единица. Эта намеренная путаница, надо полагать, призвана доказать, что с гением и злодейством все еще более запутано, чем считалось раньше. Кто из них гений, а кто – не совсем? Вроде бы даже Моцарт писал доносы на более успешного Сальери. Так что обмен масками как будто оправдан.

 

Путь к успеху

Самое бесспорное в спектакле «Директор театра» – естественное соединение драматической игры и музыки, которую преподносит камерный оркестр Petit Opera. А самое спорное – быстрое скольжение по поверхности. Обозначение вех.

Полновесные примадонны плетут интриги и грудью прокладывают себе путь наверх, на музыкальный олимп, не забывая считать чужие деньги. Директор театра тоже с вдохновением их считает и пересчитывает, с раздражением рассуждая о хорошем вкусе: «Хороший вкус заполняет головы критиков, а не зрительные залы». Его волнует касса. Отсюда и его пламенный пересказ либретто Бомарше, которое легко легло в основу оперы Сальери «Тарар». В директорском феерическом изложении это звучит как пересказ типичного сериала, в котором все запутано и летит в тартарары, в смысле – в кассу. Все вокруг друг другу то ли завидуют, то ли делают вид, что завидуют. Яд разливается в воздухе. Но это уже не совсем яд, а легкий головокружительный напиток. «Выпьем с горя; где же кружка? Сердцу будет веселей». Героев ждет не смерть, а игра в смерть. Актеры проходят по грани. Еще шаг в сторону, и ты падаешь если не в пропасть, то в пошлость. Об этом еще Шекспир писал, вложил в уста Гамлета слова про артистов: «Среди них бывают такие, которые сами начинают смеяться, чтобы рассмешить известное количество пустейших зрителей, хотя как раз в это время требуется внимание к какому-нибудь важному месту пьесы; это пошло и доказывает весьма прискорбное тщеславие у того дурака, который так делает». В «Директоре театра» прямой пошлости избежать удалось. Однако удалось и отвлечь от важных мест пушкинской пьесы за счет насмешек.

 

Маэстро, «Реквием»!

Сейчас ведь в искусстве дурачатся почти все. Притворяются, даже перед лицом смерти. В «Директоре театра», правда, дурачатся красиво, привлекая не самые востребованные вещи, в том числе и арию Эуриллы из оперы «Цифра» Антонио Сальери, и арии мадемуазель Зильберкланг и мадам Херц из оперы «Директор театра» Вольфганга Амадея Моцарта. И как итоговое высокохудожественное хулиганство – «Дуэт любви и дружбы» на музыку Моцарта и Сальери. Скрестили медведя с велосипедом. Нельзя сказать, что дуэт притянут за уши. Даже в пушкинском тексте имеются слова: «Заветный дар любви, переходи сегодня в чашу дружбы...». Вот заветный дар и переходит – с помощью музыки, изящно. Но при этом даже «Реквием» звучит уже не столь трагично.

За трагическую часть в спектакле ответ держит Михаил Филиппов, один из самых мощных современных русских актеров. Но режиссер Дмитрий Бертман сильно упростил ему задачу. Одна из «Маленьких трагедий» превратилась в средних размеров комедию (1 час 20 минут без перерыва). В год совершеннолетия фестиваля это позволительная роскошь.

 

 


Комментарии: 0
Читать Версия для печатиВставить в блогиВ избранное

Комментарии

Написать комментарий
Ваше имя
Ваш комментарий

Обсуждение ВКонтакте

Обсуждение на Facebook

Модная революция

Хроника дня

добавить на Яндекс добавить на Яндекс


Исключительные права на материалы, размещённые на интернет-сайте www.pravdapskov.ru в соответствии с законодательством Российской Федерации об охране результатов интеллектуальной деятельности принадлежат ГП "Медиа-холдинг Псковской области" и не подлежат использованию другими лицами в любой форме без письменного разрешения правообладателя. Приобретение авторских прав: i.nazarova@pravdapskov.ru. (8112) 57-33-50