29 Июня 2017
Псков
+9 .. +11 °C
Великие Луки
+22 .. +24 °C
64.915   0.369
69.498   0.2596

Улыбка Будды

10 Февраля 2017 - 10:12
Главная → Заметки → Культура
В мир прекрасного – с искусствоведом Ольгой Кошельковой
О настоящем говорить сложно. Проще – об эпатаже. Тем не менее они еще существуют – динозавры, буквально топором вырубающие свои шедевры из гранита недоверия к ним…

Зато как приятно видеть удивление на лицах зрителей и слышать реплики:  «Как? Не может быть! Откуда?»

Зачем и для чего мы устраиваем выставки? Причины тому – абсолютно разные. Художнику, вероятно, важно рассказать о сделанных им открытиях, о чем-то совершенно новом, что именно им было найдено. Или просто человеку есть что сказать публике. За те два с половиной года, что зритель не встречался с Александром Коростелевым, художник, на мой взгляд, просто перешел на другой уровень. Естественно, выше прежнего.  
 

А. Коростелев «Лето на Байкале». Холст, масло. 2016.

Получилось у него это спокойно, без рывков, словом, в стиле Коростелева, о котором не скажешь общими словами. Самый обычный телефонный звонок сослужил службу этакого толчка к появлению идеи выставки. Дело было летом. Звонила ему я, а он в этот момент писал этюды на Байкале и в окрестностях. И вдруг слышу:

– А нельзя ли мне зимой у вас выставиться с новыми работами?

– Сам знаешь – тебе всегда рады. И, честно говоря, ты попал в точку: в конце января, словно специально для тебя, есть «окно»…

А вот то, сколько у автора экспозиции было сомнений в процессе ее создания, какие сложности встречают художника, попавшего в совершенно новые условия – небо, вода, сам воздух, все радикально иное – это останется за кадром. Потому, что неописуемо. Оттого, что не объяснишь человеку, не бывавшему в подобных обстоятельствах. Вспоминаются русские художники, приезжавшие в XVIII-XIX вв. в Италию от Академии художеств (право на «пенсионерство» давала золотая медаль за дипломную работу) и попадавшие в подобную ситуацию. У них, правда, времени было в запасе не менее полугода, а то и значительно больше…

Бурятию с ее тайгой, реками, горами и Байкалом тоже ведь пишут по-разному. У Коростелева живопись категоричной быть не может по определению. Но привезенные им из тех краев работы не по-здешнему трепетны. Они изысканны без вычурности и очень искренние. Ни налета нет псковской закрытости, замкнутости, не говоря уже о суровости.
 

А. Коростелев «Холодно». Холст, масло. 2016.

– Откуда во всех твоих сибирских этюдах и холстах некая нота неопределенности и пейзажи, почти все, словно подернуты легчайшей дымкой? Твое ощущение этих мест или что-то иное?

– В тот момент по всему краю горела тайга, и серый (цвет) словно все объединил. Но воздух там и без пожаров совершенно иной – как по цвету, так и по тому, что словами сложно определить. Это, скорее, ощущения.
 

О единстве и борьбе противоположностей

Честно говоря, не слишком удивляет то, что восток Сашу притягивает. Человек, невероятно деликатный по природе своей, он никогда не «бурлит» внешне, но постоянная внутренняя работа, некое самосозерцание – не вызывают сомнений.

Они дружны с Ильей Семиным. Сложно себе вообразить, что бывают еще более контрастные, во многом – противоположные личности. Но этим художникам явно есть о чем пообщаться и поспорить… Семин – поэт, художник, галерист, создавший собственную прекрасную галерею, дизайнер. К слову, Илья – автор макета афиши новой выставки Коростелева «Белые крылья. Саган Дали». Удачная, на мой взгляд, афиша.
 

А. Коростелев «Лодки». Картон, масло. 2016.

– Может, ты расскажешь немного о ваших с Ильей взглядах на искусство?

– Это мой творческий оппонент. Мы с ним – на совершенно противоположных позициях. Как бы его правильнее назвать? Он не прагмат, но – нигилист. Да, это определение ему, пожалуй, подходит. Творит и действует в рамках манифестов. Вся живопись, судя по нему, должна звать на баррикады, задавать глобальные вопросы…

– Бунтарь? И еще – Его Величество Дизайнер?

– Да, дизайнер он от Бога, это точно… А я больше стремлюсь к самосозерцанию. Пытаюсь понять себя, да и окружающий мир заодно. 

Новые картины – очень точное тому подтверждение. Среди сибирских пейзажей на редкость органичными выглядят те новые портретные работы, что представил живописец. Такого эффекта сфумато можно достичь, лишь работая в технике многослойной живописи. Сфумато (sfumato) – смягчение очертаний фигур и предметов, позволяющее передать окутывающий их воздух, с итальянского переводится буквально: «исчезающий как дым». У Коростелева нам чудится именно старая техника, но с особенным в нее погружением и очень личным прочтением. Это уже стиль. Собственный.
 

А. Коростелев «Изумрудные сосны». Картон, масло. 2016.

– Работы стали другими. Признавайся, что у тебя еще новенького?

– Решил вернуться к традициям. Для одних это ренегатство, а мне, наоборот, некоторые из современных веяний в живописи кажутся странными. Более того, мне это не кажется живописью. Если я так буду писать, то сам себя начну обманывать. Зачем тогда плакат, если живопись становится то прямолинейной, то совершенно условной?

– Смотрю на твою «Сказку на ночь». Удивительная работа. Притягивает взгляды всех, входящих в зал. Ведь есть в ней то, что лишь живопись, пожалуй, способна выразить: атмосфера. И не важно – ты ли рассказываешь детям сказку, сам ли видишь сквозь годы собственное детство, но случилось главное – точное попадание. Между зрителем и художником  возникает контакт, пробегает искра. Сюжет своих работ продумываешь?

– Да, конечно. Но он незамысловатый вовсе: старшая сестра рассказывает младшей сказку на ночь. Маленькая пугается, вечер, углы окутываются тенью… Тема вечная, но меня греет. Мне интересно поразмышлять и попробовать пообщаться с холстом на вечные темы, поговорить о вечных вещах и ценностях.

Очень ценю в Коростелеве собеседника. Такие нынче редки. С ним можно говорить буквально обо всем, не скатываясь на бытовые детали. Деталей и без того в избытке. Нам обоим интересно, к примеру, почему сейчас изменилось отношение к художнику. Раньше не просто воспринимали всерьез, но и уважали. А теперь? Возможно, громко будет сказано, но – ушла та доля сакральности, что присутствовала в этом понятии прежде. Свято что? – То, что недосягаемо. Не мог раньше кто попало объявить себя художником. Не все, даже имеющие за плечами академическое образование, таковыми начинали себя считать. Признание получали не все. А при жизни – лишь десятки из множества сотен. А сейчас – то ли учебных заведений избыток, то ли многое кажется легко достижимым. Несть числа примерам открытий «великих» – я уж не говорю о «выдающихся» – имен при помощи активнейшей саморекламы. То есть и до этой епархии попса начинает дотягивать свои щупальца…
 

Александр, Надежда и дочь Лиза. Бурятия, август 2016 г.
 

Разговор о предках

Уж сколько лет, казалось бы, знаю Александра, но начинаю вникать в его биографию, и все что-нибудь новенькое, или слегка подзабытое, выплывает. Знаю, что большую часть своей жизни – до армии – он провел в южном городе Болграде, а где родился, как-то пропустила. Оказалось – в Саратове. А разговор о его предках – это всегда интересно.

– Ну, то, что мама моя – терская казачка из-под Кизляра, ты уже знаешь.

– И родила тебя мама-геолог в Саратове, а твоего младшего брата в Казахстане.

– Да, но вот один из дедов по материнской линии был гайдуком и жену, гречанку, привез себе из одного из походов. По домашним поверьям, она была… ну, никак не меньше, чем принцесса.

И с такой иронией это произносит, что все становится ясно в его отношении к семейным легендам. Зато он добавляет, что еще одна прабабушка была замужем за обедневшим немцем. Похоже, в этой семье память о предках берегут по-настоящему.

​А. Коростелев «Священный Байкал». Холст, масло. 2016.

И еще, грош цена, по-моему, человеку, не ценящему ту Школу, что помогла обрести дело всей жизни. Об одесском художественном училище имени Грекова, школе с достойной репутацией, знают многие. Но всем ли известно, что учились там Михаил Врубель, Кириак Костанди (ему сам Архип Куинджи подражал в свое время), Евгений Кибрик, иконописец отец Зинон (Теодор)? Саша всегда о своем училище и педагогах рассказывает с удовольствием и, мне кажется, с гордостью. Были в его биографии и два года вольнослушательства в Киевской Академии художеств. А мог бы спокойно там учиться.

– Во времена учебы в училище мы с однокурсником выиграли конкурс (взяли все призовые места) и получили ректорское приглашение на обучение в Академию художеств. Я как-то несерьезно это воспринял. Прошел год, и тогда решил, наконец, ехать туда поступать самостоятельно. Не тут-то было: три раза поступал…

Можно долго рассказывать о многогранной деятельности Коростелева: о его работе с деревом (в том числе – о деревянной скульптуре), о преподавании живописи в уже много лет существующей студии и обожающих его учениках, словом, даже не обо всем, чем он занимался только в Пскове (а здесь он – ни много ни мало – 21 год живет). Но вернемся, пожалуй, к сегодняшнему дню. К выставке. 
 

А. Коростелев «Сказка на ночь». Холст, масло. 2016.
 

Будда

– Судя по значительной по размеру работе «Очищение» (на холсте –словно сквозь время проступающий лик Будды и крохотные фигурки буддийских монахов, расчищающих скульптурное изображение; совершенно фантастическая картина), тема Востока тебя навряд ли так быстро отпустит. И написана работа «а-ля прима», то есть в один прием, в свободной манере. Она словно стоит отдельно от всего и в то же самое время является объединяющим моментом в экспозиции. Придает ей еще большую значимость, интонация нашего выставочного повествования становится значительно богаче. Появляются разнообразные нюансы, оттенки, подчас совершенно неожиданные.
 

А. Коростелев «Очищение». Холст, масло, 2016.

Страсть как хочется спросить: есть ли желание снова туда вернуться или, считаешь, тема исчерпана?

– Осталось ощущение недосказанности, недоговоренности. Более того, только-только стал подступаться к каким-то вещам, не доехал туда, куда еще стоило бы… Словом, надеюсь еще вернуться в те места. Ведь та же Бурятия (родина жены Александра Надежды. – Авт.) – просто кладезь неизведанного. Это и буддизм, и шаманизм, и аномальные точки, монастыри и места поклонения. Есть в бурятских горах такое место – Шумак, куда даже шаманы ходят лечиться и, говорят, Чингисхан приходил за исцелением. Таких аномальных точек всего шесть на Земле. Там не только сила тяжести другая, но даже течение времени нарушается. Место силы. Идти туда полагается только пешком, а дорога занимает несколько суток. И люди идут. Как может не притягивать такая земля?
 

Комментарии: 0
Читать Версия для печатиВставить в блогиВ избранное

Комментарии

Написать комментарий
Ваше имя
Ваш комментарий

Обсуждение ВКонтакте

Обсуждение на Facebook

Модная революция

Хроника дня

добавить на Яндекс добавить на Яндекс


Исключительные права на материалы, размещённые на интернет-сайте www.pravdapskov.ru в соответствии с законодательством Российской Федерации об охране результатов интеллектуальной деятельности принадлежат ГП "Медиа-холдинг Псковской области" и не подлежат использованию другими лицами в любой форме без письменного разрешения правообладателя. Приобретение авторских прав: i.nazarova@pravdapskov.ru. (8112) 57-33-50