Политика   Экономика   Общество   Культура   Происшествия        

Истории

«Белые мухи» войны,

или Чулки для ленинградцев, тайна подолов маминых юбок и банное испытание

22 июня 2012 года, 15:37

Досье: Николай Ермолаевич Петров – малолетний узник Великой Отечественной войны. Киномеханик. Окончил Высшую партийную школу при ЦК КПСС. Большую часть жизни проработал начальником: от заведующего избой-читальней до председателя колхоза.

- Проходите! Не смотрите, что пожилой! Я с трехлетнего возраста всё помню, каждую мелочь! Это сейчас могу забыть, что и куда положил, но детали той страшной войны не забуду никогда… - встречает нас Николай Ермолаевич.

За свои почти 80 лет он сменил несколько руководящих должностей, успел побывать в десятках интересных и опасных ситуаций, заняться организацией праздников и культмассовых мероприятий, проведением серьезных собраний и деловых встреч… Но когда закрывает глаза, даже сейчас, ярче всего просматриваются картины военных лет...

Роковая земляника

1941 год. В России началась война. Но в деревне Лешино Дедовичского района пока спокойно. Некоторых парней забрали на фронт. А в семье Петровых жизнь по-прежнему идет своим чередом: мать «ковыряется» в грядках, маленький Коля – вместе с ней.

- С детства полюбил землю, и сейчас с родимой не расстаться! Правда, в этом году из-за плохого здоровья еще ни разу на даче не был. И очень поэтому грущу! – вздыхает наш герой.

…Коля – самый младший из 6 детей, готовится пойти в первый класс. Мечтает связать свою жизнь с техникой: по вечерам наматывая на катушки от ниток резинки, мастерит паровозики.

Середина 1942 года. Дедовичский район – партизанский край. Немцы сюда еще не подошли. В апреле перед Пасхой жители деревни впервые услышали шум иностранных самолетов.

Выступление в год 20-летия освобождения Дедовичского района на открытии памятника погибшим на войне.

- Мама готовит праздничный стол, а я, мальчонкой, бегаю вокруг. Окна не занавешены. Вдруг раздается свист пуль над ухом! Самолет летит низко-низко, стреляет в меня… но с воздуха не попадает. Раздробило лишь русскую печь.

Для ребенка это страшный стресс, первое «крещение войной». Второе – не заставило ждать и случилось спустя пару месяцев, когда в лесу поспела земляника…

- За деревней – пригорки, богатые урожаем. Собираю ягоды в лукошко, вдруг самолет закружил, и опять пули свистят, пролетая мимо. Свалился на землю, лежу, еле дышу от страха. Летчик решил, что я убит, и отвел самолет. Поднимаю голову – деревня горит. Мама среди пожара бегает, плачет, меня ищет…

Начало зимы. Сильные морозы. На территории района организовываются партизанские отряды. Колин отец и старшие братья готовят обоз с гуманитарной помощью к Ленинграду. Наш герой с сестрами день и ночь вяжет носки и чулки для тех, кому ехать, и для тех, кто в Северной столице.

- Вяжем 25 часов в сутки. Пальцы истерты в кровь. Но знаем, что ленинградцам хуже, чем нам: голоднее и холоднее в несколько раз, поэтому продолжаем трудиться!

Конец зимы. В деревне на мотоциклах и машинах стали появляться немцы. В один из дней всех жителей, в чем были, выгнали на улицу.

- Фашисты демонстративно зарезали борова, курам и гусям выкрутили головы. Оставшиеся дома, в том числе наш, сожгли. Всё на моих глазах происходило, в таком-то возрасте! Страшно!

Корова - друг человека

Осень 1943 года. Партизаны дают команду: жителям всех окрестных деревень уходить вглубь леса.

- Это сейчас - на столе конфеты. Тогда мы их даже не знали! В лесу грибы и листья сушили, толкли и делали лепешки без соли. Лучшее лакомство – кусочек хлеба, который женщинам удавалось выменять на платочки. Нашей семье повезло - молоко было свое: корова с нами убежала от немцев. На один бок животному навешивали мамину швейную машинку, на другой - остальные нехитрые вещи. Так передвигаться было гораздо легче!

Николай Ермолаевич указывает на иконы, висящие в спальне над кроватью:

- Только их я никому не доверял, всю войну носил с собой на плечах. Может быть поэтому, пройдя через столько трудностей, и выжил!

Дошли так до лесов Новгородской области. В деревне Круглово есть поляна, где можно приземлиться самолету.

- Два раза наши спускались, чтобы забрать малолетних детей на «большую землю». Очередь дошла и до меня. Посадили нас в телегу, чтобы подвезти к самолету. Мама бежит, за повозку хватается, кричит: «Куда ребенка отрывают, увозят!» Отец лишь сказал: «Очнись, не сегодня завтра белые мухи полетят, а мы в лесу!» Мне стало интересно, что это такое, и очень уж сильно захотелось увидеть белых мух! – устремляет грустный взгляд куда-то вдаль Николай Ермолаевич.

…В этот раз самолет не приземлился - под обстрелом не было возможности сесть. Немцы наступают. Партизаны дают команду отступать по болотам, а детям и старикам – выходить навстречу врагу: иначе бы все утонули, а тут есть шанс хоть у кого-то выжить.

Так и попал Коля к немцам в плен. Враги гнали женщин и детей 100 км до Дедовичей. Сами на лошадях, а нагайками подгоняют идущих не в ногу.

- Я маленький шел в серединке между мамой и восьмидесятилетней бабушкой. Она была тучная, с больными ногами. Отставала сильно. Бедняжку несколько раз били, сволочи! – по щекам собеседника катятся слезы.

За всю дорогу – только один привал. Все голодные! У каждой женщины по несколько юбок надето: в подолах спрятаны ложки, кастрюли, горшки…

- Мы набрали картошки, которую партизаны не успели выкопать на полях, поставили варить. Еще не приготовилась – объявляют подъем! Мама воду слила. Плоды в подол ссыпала и в первую очередь меня накормила. А картошка горячая, почти сырая, но рады и этому были!

В Дедовичи людей пригнали поздно вечером. Все чуть живые, голодные, холодные. Коля заболел: трясет, мурашки, температура… Только теперь мальчик ощутил загадку «белых мух» - это снег! Коварный снег!

Бесполезная семья

Зима 1943 года. Полураздетых изнеможенных людей со всех деревень сажают в составы без крыши. Везут до Порхова к жарко натопленной бане.

- Нас всех: детей и подростков, мальчиков и девочек - вместе раздели и на 4 часа в парилку мариновать отправили. Сперва стеснялись, прикрывались, потом так плохо стало, что не до скромности. Многое из одежды в парилке сгорело, особенно ценные в мороз шерстяные вещи, - с горечью добавляет Николай Ермолаевич. - После бани нас рассадили по открытым машинам…

К ночи людей доставили в Опочку. Фашисты скомандовали жителям Островского района брать в рабство приехавших для более эффективной работы на немцев. Каждый выбирал себе семью, как на базаре.

- А нас никто не взял, - снова глаза героя наполняются слезами. – Я маленький, две сестры чуть постарше, мама со швейной машинкой, бабушка с двумя палками и единственный работник - брат.

на фото: Николай Ермолаевич (первый справа) с матерью, дожившей до 101 года, братом и семьей сестры. 1979 год.

Брата забрал староста. Остальные члены семьи остались ночевать на улице. Уже в потемках подходит сердобольный дедушка и говорит: «Возьму я грех на душу. Привезу вас к себе в деревню, но моя хозяйка не пустит! Такая семья, а работать некому!» Хозяйка дверь открыла, но, увидев гостей, захлопнула перед носом! После уговоров все-таки нашли место на полу. Днем Коля собирал траву и кормил хозяйских свиней. А вечером шел к реке просить податей у рыбаков.

Жизнь по трудовой

1944 год. Псковскую область освободили от немцев. Петровы решили вернуться в деревню к бабушке. Здесь в 11 лет Коля пошел в первый класс полуземлянки. Средняя школа – за 30 км от Дедовичей. Каждое воскресенье с котомкой за плечами подросток отправлялся за знаниями. Учился прилежно, педагоги прочили хорошее будущее. Но в наследство от войны осталось больное сердце. Физические нагрузки запрещены, многие виды работы – тоже, зато в комсомоле Коля числится на хорошем счету: выступать всегда готов. Отдел кинодирекции и комсомол направили парня учиться на киномеханика.

Николай Ермолаевич достает толстую трудовую книжку с пожелтевшими от времени страницами. Замечает:

- Дальше вся жизнь - по ней! Первая запись: «Киномеханик-передвижник».

Работа непростая: за много километров из одной деревни в другую по бездорожью приходилось возить киноаппаратуру. Для сельских жителей фильм – как праздник! На показ собираются все: от мала до велика!

- Мальчишки так и липнут, 20 копеек за билет платить не хотят: их пущу бесплатно на фильм, а они меня – на ночлег.

Так проработал полтора года. Пока в одну из поездок лошадь не выпряглась из телеги, аппаратура не разлетелась, а наш герой не получил сотрясение мозга.

Следующая запись: «Заведующий избой-читальней при сельском Совете в деревне Братки». Потом – восхождение по комсомольской карьерной лестнице. От секретаря местной комсомольской организации до секретаря райкома комсомола.

Николай Ермолаевич перелистывает трудовую книжку.

- Но самая главная работа в жизни – вот тут, по серединке!

На страницах выведено: «Председатель колхоза». Того, что в родной деревне. Душа особенно болела за этот колхоз, в котором вырос. Наш герой все проблемы пропускал через себя. За время работы удалось поголовье скота увеличить, показатели сбора льна поднять… Колхоз рос и расцветал.

Но важнейшим делом в этой должности Николай Ермолаевич считает то, что удалось увековечить память погибших на войне. Эта тема не оставляла мужчину ни на минуту с самого детства. По его инициативе нашли всех, кто когда-то работал в колхозе и погиб, – 272 человека. Разыскали родственников, документально подтвердили смерть. Поставили обелиск в честь воинов и партизан. До сих пор он там стоит, только теперь - в страшном запущении.

Как-то в холод, объезжая фермы, чтобы отбраковать скот, наш герой сильно простудился. Заработал двустороннюю пневмонию. Сразу в больницу лечь отказался: на кого оставишь колхоз? Но здоровье настолько ухудшилось, что в Ленинграде предложили оформить вторую группу инвалидности:

- Я отказался! Всего тридцатый год идет, а кому я нужен инвалидом!

Но к тому времени у нашего героя уже была любимая жена Дина Романовна и маленькая дочка. Им-то точно нужен был! Пройдя через все невзгоды, супруги вместе и теперь: 54 года рука об руку.

Любимый колхоз все-таки пришлось покинуть, перевели в Псковский райком партии.

- Заполненная строчка этой страницы – последняя глава моей трудовой жизни! – указывает Николай Ермолаевич на запись от 1971 года: «Принят в Строительный трест № 44 на профсоюзную работу, Председателем Объединенного комитета профсоюза треста». Здесь наш герой и прослужил до самой пенсии. В подчинении было 18 профсоюзных организаций, Дом культуры строителей, пионерский профсоюзный лагерь, три детских комбината и общежития.

На, казалось бы, трудный вопрос: «Что такое счастье?» Николай Ермолаевич, не задумываясь, отвечает:

- Счастье – это работа! Я и сейчас бы работал, если бы был здоров! А еще счастье – это когда знаешь войну только по рассказам! Вы теперь все – счастливые люди!


Автор: Анастасия Панова

  Подпишись на нас в соцсетях

Другие новости:

Скандально известный псковский спектакль «Ревизор» покажут в Новороссийске 19 сентября
В Пскове задержали замглавы судебных приставов Санкт-Петербурга Марину Окрушко
Уехал за клюквой и пропал: в Пустошкинском районе разыскивают 78-летнего пенсионера (ФОТО)
Об усилении ветра в ближайшие часы предупредили жителей Псковской области
«Ласточка» из Петербурга до Печор будет ходить не только по выходным, но и по пятницам
Серийный разбойник из Себежского района отправился в колонию строгого режима на 9 лет
Бесплатные прививки от гриппа псковичи могут сделать в автобусах на рынке «Маяк»
Личность подозреваемого в магазинной краже устанавливают псковские полицейские (ФОТО)
Стало известно, на каких предприятиях Псковской области могут ввести «четырёхдневку»