Подъем в три утра, а в пять – начало смены. Семь-восемь часов езды по кругу. Конец рабочего дня – за полночь, если смена вечерняя. «Ее маршруты» – 2, 6, 12, 15, 19.
Авиация – банк – автобус
А она мечтала работать в авиации. Окончила Ленинградское авиационное училище, работала в аэрофлоте в Пскове. Сначала дежурным по встрече-посадке, потом диспетчером по бронированию.
Дефолт внес свои коррективы в ее жизнь, как и в жизни многих и многих в нашей стране. Однако перемены не в худшую сторону, просто изменилась профессия.
Просто… Вовсе не просто, но справилась.
Помещение, принадлежавшее аэрофлоту, было выкуплено банком, которому потребовались сотрудники во вновь созданное отделение. Ей предложили работу, и карьера складывалась благополучно. Стала оператором по работе с юридическими лицами. Потом прошла конкурс и перешла на работу в головное отделение банка.
Но после масштабного сокращения банковской структуры осталась без работы. Выбирать, чем зарабатывать на жизнь, особо не приходилось. Да и работы, любой, она не боялась. Пошла в кондукторы. Прошло восемь лет. Ирина Алексеева по-прежнему работает «хозяйкой автобуса», стала бригадиром.
Чему учат новеньких:
- Разбираться в документации, всевозможных «корочках», дающих право на льготу при проезде, покупке проездного билета на месяц и т.д.
- Что имеет право потребовать кондуктор с пассажира и с себя.
- Уметь быстро рассчитать пассажира.
- Выполнять работу быстро и четко.
Хорошие люди
– Первое время было очень трудно воздвигнуть вокруг себя психологический барьер, – вспоминает о первых своих маршрутах Ирина. – Общественным транспортом пользуется огромное число людей. Все они разные, добрые и не очень. Чем хуже материальное положение человека, тем неохотнее он расплачивается за проезд, иногда просто со злостью. Есть люди, чаще всего одинокие, кому просто надо поговорить. И скандалисты, и жаждущие общения отнимали много душевных сил. Очень непросто было сохранить собственную стабильность.
На первых порах помогла теоретическая подготовка и тот опыт, который передавали новеньким непосредственные руководители кондукторских бригад. Прежде всего – не реагировать на выпады в свой адрес.
– Учили тому, что, находясь на рабочем месте, мы не имеем права забывать: это – работа, – не открывает особых тайн Ирина. – И делать ее надо хорошо. Работа обилечивать пассажиров. На хамство, а такое случается, отвечаю молчанием. Стараюсь сделать вид, что не расслышала, прохожу дальше по салону. Как правило, скандалист понимает, что контакта не получилось и замолкает. Нужно выполнить свою работу быстро, четко, корректно, не раздувая скандала. Здесь главное – не раскрыться, как в боксе.
Интересно работать и просто разговаривать с молодежью. Люди старшего поколения часто говорят, что у нас плохая молодежь. Это неправда! У нас очень хорошая молодежь, в большинстве своем хорошо воспитанная. У меня – хорошие маршруты, по которым ездят хорошие люди. Мне они очень нравятся (врезом в текст).
Постоянных пассажиров Ирина знает в лицо. И ее узнают. Если долго не видно в автобусе – спрашивают: почему, где была. Сейчас бригадир готовит к работе стажера, передает ей свой опыт, как когда-то готовили ее.
Был случай
Пассажир в преклонных годах решил спрятаться под креслом, чтобы не оплачивать проезд. А вылезти самостоятельно не смог – скрутил радикулит. Пришлось вызывать «скорую», выручать безбилетника.
Как увидеть «зайца»?
А вот этому не научишь. Каждый должен научиться увидеть и почувствовать безбилетника. Это приходит не сразу. У кондукторов с опытом уже получается само собой. Это пассажирам иной раз кажется, что кондуктор не видит вновь вошедших в автобус. На самом деле глаз наметан. А с годами развивается фотографическая память, которая позволяет безошибочно определить тех, кто сел на ближайшей остановке. Кондуктор заинтересован не только обеспечить билетами всех, у кого нет проездного на месяц, но и не подходить дважды к одному и тому же пассажиру.
Нежелательный пассажир
Тех, кто промышляет на городских маршрутах кражей кошельков из сумок и карманов, большинство кондукторов также знают в лицо.
– Я не могу на весь салон заявить о том, что в автобусе карманник. И в то же время предупреждаю пассажиров: будьте внимательны, держите сумки перед собой. Стараюсь вывести их из собственных дум. Могу на ногу наступить, могу и толкнуть намеренно. Стараюсь создать вокруг такого нежелательного пассажира свободное пространство.
В идеале у кондуктора должна быть верхняя одежда из скользящих тканей. Кроме того, не накапливающая электрический заряд при трении. Без обилия металлических элементов, которые могут зацепиться за одежду пассажиров. Обувь без острого каблука, лучше всего на плоской подошве.
Штраф за безбилетника
Оценить, как работает кондуктор – дело контролера. Если вдруг окажется, что в салоне много пассажиров, не получивших билет, – штрафных санкций не миновать. Если же обнаружится один «заяц», уклонившийся от своей обязанности оплатить проезд, – контролер чаще всего штрафа не наложит, но неприятный разговор состоится. У Ирины все же есть одно табу – не высаживать с маршрута детей и подростков, едущих «зайцем». Такого, конечно, отругает, но высаживать не будет.
СПРАВКА
Привычное всем и каждому слово когда-то имело другое значение, по-другому произносилось и вовсе не имело отношения к наземному транспорту.
Кондуктор – до революции 1917 года в России было воинским званием на флоте, присваиваемым унтер-офицерам, прослужившим установленный срок и сдавшим экзамен.
В порядке исключения это звание присваивалось нижним чинам, не имеющим унтер-офицерского звания. Кондукторы были ближайшими помощниками офицеров, на них возлагались обязанности по обучению нижних чинов специальности. Старший боцман был главным над корабельными кондукторами. На флоте кондукторы пользовались привилегиями: имели отдельную кают-компанию, получали повышенное денежное содержание, в том числе пособие на воспитание детей, пользовались бесплатным лечением, имели отпуск с сохранением денежного содержания и т.д. Срок службы в звании кондуктора составлял 25 лет.
Автор: Людмила Кухтинова
