Политика   Экономика   Общество   Культура   Происшествия        

Комментарии

Поражение, которое всегда с тобой. Памят

30 ноября 2009 года в Белграде на 81-м году жизни от инфаркта миокарда скончался писатель Милорад Павич

2 декабря 2009 года, 19:01

Тогда премия досталась феминистке Эльфориде Елинек, написавшей скандальную «Пианистику», «за музыкальные переливы голосов и отголосков в романах и пьесах, которые с экстраординарным лингвистическим усердием раскрывают абсурдность социальных клише и их порабощающей силы».

Жесткая немецкая порнография проиграла утончённому сербскому эротизму. Тенденция эпохи. Шокирующие реалистичные описания необычных сексуальных практик против романтичного «красить губы и соски одной помадой».

Как объяснял сам Павич, «чтобы сегодня получить нобелевку по литературе, надо быть либо евреем, либо католиком».

"Предводитель европейского постмодернизма, писатель магического реализма", говорят о нём в новостях.

Для нас главное — другое. Да, Павич был постмодернистом — среди фокусников вроде Борхеса, Фуко, Сартра, Кортасара, Умберто Эко, на которых столь щедр нынешний ХХ век. Но он был единственный, кто поставил постмодерн на службу традиционных ценностей. Постмодерн не во славу постмодерна, а лишь еще один способ показать силу и глубину Традиции.

В этом смысле — он более наш, чем кто-либо еще. Один из тех то ли чудаков, то ли фанатиков — но по сути обязательно непонятых одиночек, — которые говорят об актуальности традиции в современном мире, и умеют говорить о ней на этом новом языке — модерна и постмодерна.

О Павиче писали разное — одни не могли ему простить, что вот не о том писал, пока от Югославии отрывали по кусочку и бомбили Белград. Иные говорили — мол, нешто других сербских писателей не было? Кто-то упрекал в том, что это тот же Маркес, засахаренный в пропорции 1:20.

В последних произведениях откровенно халтурил, повторялся — вставлял в тексты целые куски ранее изданных рассказов — мелочи, право.

Бесспорно то, что это был последний великий писатель славянской культуры.

Первой для меня была «Повесть о Геро и Ленарде», которую я, честно говоря, «не вкурила». Оборот, возможно, неуместный, но как нельзя больше Павичу подходящий. Странный текст, оставляющий после себя странное послевкусие — я тогда не знала, что весь Павич такой.

Тогда от Геро и Ленарда осталась мысль о том, что вот можно не только прожить чужую жизнь, — этого-то было много и до Павича — но и чужую смерть. И герои, которые встретились в буквальном смысле на середине книги.

Вроде все слова понятные, и вещи привычные — но как-то они вывернутые наизнанку, что ли. Что-что, а это Павич умел — про то, как красить губы и соски одной помадой, про дорогих и дешевых пророков и про внутреннюю сторону ветра.

Куда больше нравились рассказы — главным образом потому, что они небольшие, мысль успевала следить за текстом в калейдоскопе мозаик.

Впрочем, много было тех, кому нравились рассказы, а не словари. Я вообще из той когорты, которые считают, что краткость — сестра таланта, писатель познается в малой форме, а книжку стоит начинать читать с самого короткого произведения.

Кто не знал — по рассказу «Долгое ночное плавание» у «Мельницы» есть песня «Ай, волна». Текст можно взять, например, здесь. Музыку - ну, сами найдете в интернете.

Самой прекрасной для меня была «Последняя любовь в Константинополе» — то ли потому, что Константинополь, то ли потому, что какой-то осязаемый внятный сюжет, то ли за более понятные метафоры.

Одно из найденных на просторах сети определение — пожалуй, наиболее точное.

Поражение, которое всегда с тобой.

Павич потерпел неудачу, как и все остальные, он остался писателем абзаца — один абзац великолепен, два абзаца уже читаются с трудом, три абзаца вызывают раздражение своим «выпендрёжем».

Но он хотел сказать о главном — славянской (южнославянской?) истории как движении Духа, и потому его неудача лучшая среди славянских писателей.

Писателей такого замаха вроде бы не осталось ни в западной, ни в славянской культуре.

Что от Павича остается — это какое-то сильно ощущение региона, вот этой точки на стыке соприкосновения культур — Европа, Восток, Турция, Россия, Австрия, Венеция, где-то рядом Греция и — всё как-то рядом, всё смешалось. Балканы как они есть.

Наверное, это и есть Сербия.

Не знаю, не была.

Но почему-то мне кажется, что это так.

Русский Обозреватель

Автор: Наталья Андросенко

  Подпишись на нас в соцсетях

Другие новости:

Владимир Путин посетил самый известный в России Псково-Печерский монастырь
Сотрудники МЧС напомнили жителям Псковской области, как пользоваться огнетушителем
Великолукские гимнасты побывали на шоу Алексея Немова благодаря Михаилу Ведерникову
Водителя авто, сбившего девушку на Октябрьском проспекте, разыскивают уже неделю
Житель Пскова прикарманил в магазине чужой кошелёк и теперь ждёт суда
Художник Сергей Семёнов организует в Пскове выставку в честь своего юбилея
Мошенница под видом сотрудника ЖКХ орудует на территории Пскова (ПРИМЕТЫ)
«Псковпассажиравтотранс» опубликовал новые цены на проездные билеты
Синоптики обещают плюсовую температуру и мокрый снег в Псковской области 18 ноября